Содержание   •   Сайт "Ленинград Блокада Подвиг"


На Волховском фронте. 1941—1944. В битве за Ленинград


Глава первая

В битве за Ленинград

Разгром немецко-фашистских войск под Тихвином. Операции 1942 г.

Военные действия первого периода Великой Отечественной войны проходили в весьма сложных условиях. Быстрые изменения обстановки требовали от Верховного Главнокомандования и от командования фронтов принятия в короткие сроки мер, направленных на достижение перелома в войне в нашу пользу. Это заключалось прежде всего в создании, развертывании и вводе в действие новых армий и фронтов. Одним из ярких примеров этого является образование в декабре 1941 г. Волховского фронта на северо-западном направлении для решения важных задач в битве за Ленинград.

Северо-западное стратегическое направление было одним из основных направлений. Оно включало пространства, на которых дислоцировались перед войной силы Ленинградского и Прибалтийского Особого военных округов, а также Краснознаменного Балтийского и Северного флотов, призванных обеспечить оборону Ленинграда и Прибалтики, — важных военно-экономических и политических районов — и прикрыть коммуникации, связывавшие Мурманск с центром страны.

Немецко-фашистское командование учитывало значение этого направления, в том числе в плане "Барбаросса". Намечая главный удар на западном направлении на Москву, оно уделяло серьезное внимание действиям и на северо-западном участке, т. е. в направлении Ленинграда. Овладение колыбелью Великой Октябрьской социалистической революции, городом Ленина, по мнению гитлеровских руководителей, могло быть крупным военно-политическим поражением Страны Советов. Гитлер утверждал, что с захватом Ленинграда будет уничтожен один из символов революции [1]. Наряду с этим фашистское командование полагало, что успешные действия на ленинградском направлении не только обеспечат безопасность левого крыла группы армий "Центр", наносящей главный удар на Москву, но и позволят совершить обходный маневр для осуществления удара на столицу нашей Родины с севера.

Великая Отечественная война, как известно, началась в невыгодных для нашей страны условиях. Используя внезапность нападения и преимущество в силах и средствах, враг уже в первые дни добился значительных успехов. На северо-западном направлении 8 июля 1941 г. ему удалось захватить город Опочку, а на следующий день овладеть старинным русским городом Псковом и таким образом вторгнуться в пределы Ленинградской

!!! К сожалению, этот фрагмент текста в книге оказался варварски выдран !!!

Краснознаменного Балтийского флота. В этих целях Постановлением Государственного Комитета Обороны СССР от 10 июля было создано Главное командование Северо-Западного направления. Главкомом был назначен Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов, членом Военного совета — член Политбюро ЦК ВКП (б) А. А. Жданов [5]. По предложению Военного совета направления 8-я армия и 41-й стрелковый корпус, оборонявшие северную часть Эстонии, 14 июля были переданы в состав Северного фронта с тем, чтобы их активными действиями оттянуть часть сил противника с псковско-ленинградского направления. Из района Кандалакши под Ленинград перебрасывалась танковая дивизия [6].

Проведенные Ставкой и командованием фронтов мероприятия затормозили наступление немецко-фашистских войск. Если в первые дни войны они продвигались с темпом до 26 км в сутки, то в июле он не превышал 5 км [7]. Этому способствовали также активные действия войск Западного фронта на реках Березине, Днепре и под Смоленском. Они не позволили противнику использовать 3-ю танковую группу группы армий "Центр" для наступления на Ленинград, как это было предусмотрено планом "Барбаросса".

!!! К сожалению, этот фрагмент текста в книге оказался варварски выдран !!!

В свою очередь, возрастание сопротивления советских войск на северо-западном направлении осложняло действия противника на главном — западном стратегическом направлении. Не случайным является тот факт, что вражеское командование овладение Москвой ставило в зависимость от событий на северо-западном направлении. Находясь в группе армий "Центр", Гитлер 4 августа 1941 г. подчеркнул, что первая цель — это захват Ленинграда и что она может быть достигнута войсками группы армий "Север" к 20 августа, после чего все находящиеся там авиационные силы и значительная часть войск группы армий "Север" будут переданы в распоряжение группы армий "Центр" для наступления на Москву [8]. В директиве гитлеровской ставки от 15 августа указывалось, что только после успеха группы армий "Север" "можно будет думать о возобновлении наступления на Москву" [9] . На важность окружения Ленинграда и соединения с финнами для захвата Москвы немецко-фашистское командование указывало и в директиве от 21 августа 1941 г. [10] Маршал Советского Союза К. Е. Ворошилов во 2-й Ударной армии в период Любанской операции. Рядом справа командующий армией генерал-лейтенант Н. К. Клыков, слева полковник Л. Н. Щербаков. (1942 г.)

Советское командование принимало все возможные меры, наши войска героически сопротивлялись. Однако враг продолжал рваться к Ленинграду. 8 августа немецко-фашистские войска перешли в наступление с плацдарма на р. Луге в сторону Красногвардейска (Гатчины), а через день они нанесли удары на лужско-ленинградском и новгородско-чудовском направлениях. Ожесточенные бои шли к югу и юго-востоку от Ленинграда, на Карельском перешейке, а также между Онежским и Ладожским озерами.

В целях лучшей организации управления и сосредоточения усилий войск левого крыла Северного фронта, прежде всего на обороне Ленинграда 23 августа 1941 г. фронт был разделен на два: Карельский и Ленинградский [11]. В состав Карельского фронта под командованием генерал-лейтенанта В. А. Фролова включались 14-я и 7-я армии, ему же был подчинен и Северный флот; в Ленинградский фронт, которым командовал генерал-лейтенант М. М. Попов, вошли 23, 8, 48-я армии [12]. На линии Тихвин, Малая Вишера, Валдай, Осташков развертывалась 52-я отдельная армия, прибывшая из резерва Ставки и находившаяся в непосредственном ее подчинении.

В начале сентября положение под Ленинградом еще более обострилось. В связи с этим в районе Новая Ладога, Волховстрой, Городище, Тихвин Ставка сосредоточивала войска формируемой 54-й армии, которая должна была перейти в наступление и развить его силами одной стрелковой дивизии и одной танковой бригады вдоль железной дороги Волховстрой-ст. Мга, остальными силами выйти на рубеж Турышкино, разъезд Погостье, ст. Сольцы [13]. Однако наступление успеха не имело.

После этого на восточном берегу Волхова заняли оборону 54-я и 52-я армии. Слуцко-Колпинский сектор Красногвардейского укрепленного района с 31 августа стал самостоятельным укрепрайоном, а действовавшие на этом участке войска объединились в 55-ю армию, остальная часть сил Красногвардейского укрепрайона была сведена в 42-ю армию [14].

Несмотря на принятые меры, обстановка под Ленинградом продолжала осложняться. 8 сентября вражеские войска вышли к южному берегу Ладожского озера и захватили Шлиссельбург (Петрокрепость). Ленинград оказался блокированным с суши. Сообщение с ним стало осуществляться только через Ладожское озеро и по воздуху. 9 сентября враг крупными силами пехоты и танков при поддержке авиации нанес удар из района западнее Красногвардейска на Красное Село, Урицк.

В условиях смертельной опасности, нависшей над Ленинградом, Ставка назначила командующим Ленинградским фронтом генерала армии Г. К. Жукова. Военный совет фронта с участием командующего Краснознаменным Балтийским флотом 11 сентября 1941 г. обсудил создавшееся положение и предпринял срочные меры по усилению обороны города. Партийная организация города Ленина была мобилизована на отпор врага. Благодаря этому войскам 8, 42-й и 55-й армий при поддержке Краснознаменного Балтийского флота и авиации удалось сорвать вражеское наступление и стабилизировать к концу сентября 1941 г. фронт южнее Ленинграда. Взять Ленинград штурмом оказалось невозможным [15].

К концу сентября 1941 г. немецко-фашистским войскам удалось выйти с юго-запада к Неве на участке Шлиссельбург-Ивановское и к Ладожскому озеру восточнее Шлиссельбурга до района Липки включительно и этим еще более усилить блокаду Ленинграда с суши. Значительный успех противник имел и севернее Ленинграда, где финские войска, наступая между Онежским и Ладожским озерами, вышли к р. Свири и местами форсировали ее. Войскам 7-й армии с большим трудом удалось остановить врага [16].

Чтобы окончательно лишить Ленинград связи со страной, немецко-фашистское командование в первых числах октября вновь пыталось полностью блокировать город. Оно стремилось сломить сопротивление советских войск на р. Волхов, ударом через Тихвин к р. Свири перерезать сухопутные коммуникации к Ладожскому озеру, лишить таким образом Ленинград и оборонявшие его войска последней возможности получать помощь по этому озеру и одновременно соединиться с Карельской армией финнов.

В первой половине октября в полосу группы армий "Север" прибыли 250-я испанская ("голубая") дивизия, из Франции 212-я и 277-я пехотные дивизии, 7-я авиаполевая дивизия из Греции и 2-я пехотная бригада СС из Германии. После этого состав группы армий "Север" стал следующим: всего 33 дивизии, из них две танковые, и три моторизованные, две пехотные бригады. Для наступления на свирском направлении были выделены 39-й моторизованный и почти весь 1-й армейский корпус 16-й армии, всего восемь полностью укомплектованных дивизий, в том числе две танковые (450 танков) и две моторизованные, которые должны были нанести главный удар в направлении Грузино, Будогощь, Тихвин, Лодейное Поле, а силами 38-го армейского корпуса — в направлении Малая Вишера, Бологое навстречу войскам левого крыла группы армий "Центр", имевшим задачу после захвата Калинина наступать на Вышний Волочек. Остальные силы 16-й армии действовали южнее оз. Ильмень. 18-я армия, удерживая мгинский выступ, вела борьбу на южных подступах к Ленинграду против войск, оборонявших ораниенбаумский плацдарм и Моонзундские острова [17].

К этому времени южнее Ладожского озера действовали три армии:

54-я под командованием Маршала Советского Союза Г. И. Кулика имела в своем составе 128, 3, 4-ю гвардейскую, 310, 294 и 286-ю стрелковые дивизии, 21-ю танковую дивизию, 10-ю стрелковую, 16-ю и 122-ю танковые бригады и другие части [18]. В сентябре и первой половине октября армия неоднократно предпринимала наступление в направлении Синявино, ст. Мга с целью ликвидации блокады Ленинграда, но успеха не имела. Ее войска занимали рубеж протяженностью 35 км (от Ладожского озера восточнее Липки, исключая болото Малуксинский Мох) фронтом на запад.

4-я армия, которой тогда командовал генерал-лейтенант В. Ф. Яковлев, также была выдвинута из резерва Ставки и находилась в ее подчинении. В нее входили 285, 311. 292-я стрелковые, 7-я кавалерийская дивизии и другие части. Она занимала рубеж — болото Малуксинский Мох, Кириши и далее восточный берег р. Волхов до устья р. Пчевжи общей протяженностью до 60 км.

52-я армия под командованием генерал-лейтенанта Н. К. Клыкова также непосредственно подчинялась Ставке. Она имела 288-ю и 267-ю стрелковые дивизии, расположенные по восточному берегу р. Волхов, исключая устье Пчевжи до Дубровки, на фронте более 80 км.

В октябре Ставка Верховного Главнокомандования намечала усилить эти армии за счет своих резервов и нескольких дивизий, перебросив их по воздуху из блокированного Ленинграда.

Южнее 52-й армии оборонялась Новгородская армейская группа Северо-Западного фронта, которой командовал генерал-майор И. В. Галанин.

Всего в составе этих армий и Новгородской армейской группы было: 13 стрелковых дивизий, одна кавалерийская и две танковые (без танков) дивизии, одна стрелковая бригада, две танковые бригады, один танковый батальон, семь корпусных артиллерийских полков, один артиллерийско-противотанковый полк, один инженерно-саперный батальон и один понтонный батальон. Стрелковые дивизии имели слабую укомплектованность. В 54-й армии, например, в среднем на одну дивизию приходилось 5,5 тыс. человек личного состава, 115 ручных и станковых пулеметов, 24 миномета калибра 82 и 120 мм и 26 орудий калибра от 76 мм и выше [19].

При низкой укомплектованности стрелковым дивизиям приходилось обороняться на широком фронте, доходящем иногда до 34 и 46 км, как это было в 267-й и 288-й стрелковых дивизиях 52-й армии. Поэтому все армии имели одноэшелонное построение, в резерв выделялись минимальные силы и средства. Оборона состояла в каждой дивизии из одной линии отдельных опорных пунктов и узлов обороны, оборудованных, как правило, лишь стрелковыми окопами на отделение, площадками для пулеметов, противотанковых ружей и огневыми позициями для минометов и артиллерии. В этих условиях создать глубокую и прочную оборону было невозможно. Недостаток сил и средств, слабая обеспеченность в материально-техническом отношении, лесисто-болотистая местность и почти полное бездорожье крайне осложняли положение наших войск.

Непосредственно южнее Ленинграда оборонялись войска 42-й и 55-й армий и Невской оперативной группы, на ораниенбаумском плацдарме занимала оборону 8-я армия Ленинградского фронта.

Советское командование стремилось не только укрепить оборону своих войск, но и развернуть активные наступательные действия с целью деблокады Ленинграда. Для этого 14 октября 1941 г. Ленинградскому фронту было приказано подготовить и провести во второй половине октября наступательную операцию на синявинском направлении [20]. Войска фронта должны были нанести удары силами 54-й армии с востока, а также Невской оперативной группы и 55-й армии с запада, окружить и уничтожить шлиссельбургско-синявинскую группировку немецко-фашистских войск, деблокировать Ленинград и восстановить его сухопутные связи со страной. К решению этой задачи было приказано привлечь до восьми стрелковых дивизий, не менее 100 танков KB, основную массу артиллерии и для поддержки наступления всю бомбардировочную и штурмовую авиацию [21].

Выполняя указания Ставки, командующий фронтом решил силами специально созданной оперативной группы так называемого восточного сектора обороны фронта (55-я армия) в составе пяти стрелковых дивизий, двух танковых бригад и одного танкового батальона 20 октября нанести удар на пятикилометровом участке (Пески, Невская Дубровка), форсировать р. Неву и, наступая в направлении Синявина, во взаимодействии с войсками 54-й армии и Невской оперативной группы к исходу второго дня операции окружить и уничтожить шлиссельбургскую группировку противника, восстановив таким путем связь Ленинграда со страной по суше. Невская оперативная группа, продолжая занимать оборону на правом берегу Невы частями 1-й стрелковой дивизии и 11-й стрелковой бригады, должна была силами 115-й стрелковой дивизии и 4-й бригады морской пехоты наступать из района 1-й Городок также на Синявино и содействовать оперативной группе восточного сектора обороны фронта и 54-й армии в разгроме противника и деблокаде Ленинграда.

По этому же решению командующего Ленинградским фронтом 54-я армия должна была силами 3-й и 4-й гвардейских и 310-й стрелковых дивизий, 16-й и 122-й танковых бригад при поддержке двух корпусных артиллерийских полков, двух дивизионов реактивной артиллерии (М-8) и всей авиации прорвать оборону гитлеровских войск в районе Тортолово и, нанося удар на Синявино, во взаимодействии с войсками оперативной группы восточного сектора обороны фронта и Невской оперативной группы окружить и уничтожить шлиссельбургскую группировку врага.

Войскам фронта в этом наступлении предстояло преодолеть огромные трудности. Противник сумел в короткие сроки превратить узкую полосу, отделявшую Ленинград от страны по суше, в сильный оборонительный плацдарм, обращенный фронтом в три стороны — на восток, север и запад. Весь левый берег Невы южнее Шлиссельбурга и рубеж Липка, Вороново представлял собой сплошную полосу дерево-земляных укреплений, передний край которой был сильно прикрыт минно-взрывными и проволочными заграждениями. Тщательно была подготовлена и система огня. Дивизии противника оборонялись в среднем на фронте 12-15 км. Немецко-фашистские войска на синявинском направлении располагали группировкой, в которой были около 54 тыс. солдат и офицеров, 450 орудий всех калибров и значительное количество танков и штурмовых орудий. Наши же войска имели 63 тыс. человек, 475 орудий всех калибров (без учета артиллерии усиления и Краснознаменного Балтийского флота) и 97 танков, из них тяжелых было лишь 59 [22]. Следовательно, наступление наших войск должно было развернуться без ярко выраженного превосходства в силах и средствах.

Наступление советских войск на синявинском направлении осложнялось лесисто-болотистой местностью, большим количеством рек и озер, глубокими выемками торфяных разработок, а также необходимостью форсировать такую серьезную водную преграду, как широкая и глубокая Нева.

В самый разгар подготовки операции 16 октября противник перешел в наступление на тихвинском направлении. Главный удар он навес силами 39-го моторизованного корпуса (8-я и 12-я танковые и 18-я и 20-я моторизованные дивизии) и четырьмя дивизиями 1-го армейского корпуса (11, 21, 126, 254-я пехотные дивизии). Одновременно частью сил враг развернул наступление на Малую Вишеру. Гитлеровским войскам противостояли пять стрелковых и одна кавалерийская дивизии 4, 52-й армий, занимавшие оборону в полосе шириной 130 км. Имея полуторное превосходство в людях и более чем двукратное в танках и артиллерии, противник сразу же добился заметного успеха. 20 октября оборона 52-й армии оказалась прорванной. Между 52-й и 4-й армиями образовался разрыв, заполнить который ввиду отсутствия у командующих армиями резервов оказалось невозможным. 23 октября враг захватил Будогощь и вышел в тыл 4-й армии, вынудив ее к отходу. Соединения 52-й армии, отступая в юго-восточном направлении, 22 октября оставили Большую Вишеру. Нависла реальная угроза не только над Тихвином, но и над коммуникациями Ленинградского фронта. В таких невыгодных условиях 20 октября началась Синявинская наступательная операция Ленинградского фронта.

Учитывая неблагоприятное развитие событий на тихвинском направлении, было решено усилить войска 4-й и 52-й армий, с тем, чтобы остановить продвижение противника, нанести по нему контрудар и отбросить его за р. Волхов. Для прикрытия волховского и тихвинского направлений 310-я и 4-я гвардейская стрелковые дивизии 54-й армии Ленинградского фронта срочно были переброшены в 4-ю армию. Одновременно Ленинградский фронт самолетами доставил в район Ситомли 191-ю стрелковую дивизию и в район Тихвина — 44-ю стрелковую дивизию для занятия обороны по правому берегу р. Сясь. К концу октября в район Тихвина из резерва Ставки прибыла 92-я стрелковая дивизия и почти одновременно с ней — 60-я танковая дивизия (с небольшим количеством танков). Из состава Северо-Западного фронта на усиление 52-й армии еще 20 октября были направлены 259-я стрелковая дивизия и дивизион реактивной артиллерии. В то же время Ленинградскому фронту было приказано не прекращать наступления на синявинском направлении, с тем, чтобы сковать здесь как можно больше сил противника [23].

В связи с успехом вражеского наступления советским войскам пришлось фактически отказаться от проведения Синявинской операции и использовать все силы для противодействия этому наступлению, а затем активными наступательными действиями ликвидировать угрозу выхода войск врага в тыл 7-й Отдельной армии [24] и соединения их с финскими войсками, исключить возможность развития продвижения противника в направлении Вологды.

По указаниям Ставки, как уже говорилось выше, была проведена перегруппировка сил в армиях и между армиями с целью сосредоточения основных усилий на волховском и тихвинском направлениях, была осуществлена срочная переброска резервов. Благодаря своевременно принятым мерам войскам 4-й армии удалось временно задержать противника в 40 км юго-западнее Тихвина. 52-я армия к 27 октября вынудила гитлеровцев перейти к обороне на маловишерском направлении.

Но и в этих условиях немецко-фашистское командование не отказывалось от плана овладеть Тихвином. Оно сняло с маловишерского направления 8-ю танковую и 18-ю моторизованную дивизии и перебросило их в район Ситомли. Одновременно с 23 октября возобновил наступление 1-й армейский корпус на волховском, а 5 ноября на тихвинском направлениях [25]. Советское командование принимало все меры к тому, чтобы разгромить ударные группировки противника. Командующий 4-й армией сосредоточил части 191-й стрелковой дивизии, полк 44-й стрелковой дивизии и 121-й танковый полк 60-й танковой дивизии в районе Ситомли, а 4-ю гвардейскую стрелковую дивизию и основные силы 60-й танковой дивизии — в районе западнее Верхнего Заозерья. Этими силами армия 1 ноября нанесла контрудар в направлении Будогощь, Грузино с задачей разгромить главную ударную группировку врага и восстановить свою оборону на р. Волхов. В течение четырех дней шли напряженные бои. Однако 191-я стрелковая дивизия, прикрывавшая дорогу на Тихвин, не смогла сдержать напор врага, и 8 ноября он захватил город.

Попытки дальнейшего продвижения противника на тихвинском направлении в результате упорных оборонительных боев и контрударов советских войск в районах Тихвина и Малой Вишеры были сорваны. План гитлеровского командования соединиться с финскими войсками на р. Свири не осуществился. "... Наступление вследствие сильного сопротивления со стороны противника, — писал бывший гитлеровский генерал Э. Бутлар, — захлебнулось" [26]. Начав наступление в полосе 70 км, вражеские войска растянулись на фронте свыше 350 км и оказались в полуокружении. Все это отрезвляюще подействовало не только на немецко-фашистское командование, но и на его финского союзника.

После захвата противником Тихвина положение Ленинграда стало еще более трудным. Железнодорожная коммуникация, связывавшая Ленинград, Ленинградский фронт и Краснознаменный Балтийский флот со страной, оказалась в руках врага. Его войска, хотя и медленно, продолжали двигаться к Волхову, где немецко-фашистское командование намеревалось выходом своих войск к Ладожскому озеру в районе Новая Ладога (в 20 км севернее Волхова) окружить и уничтожить войска 54-й армии и одновременно воспрепятствовать нашим перевозкам по Ладожскому озеру.

Нужны были срочные меры, чтобы изменить обстановку в нашу пользу. Учитывая создавшееся положение, Ленинградскому фронту пришлось прекратить наступление войск 54-й армии [27] на синявинском направлении и возложить на нее задачу разгрома группировки противника, наступавшей на Волхов с юга. В состав армии была включена Волховская оперативная группа 4-й армии, которая вела тяжелые оборонительные бои южнее Волхова. Было укреплено руководство 4-й армии во временное командование ею по совместительству вступил командующий войсками 7-й Отдельной армии генерал армии К. А. Мерецков. Последняя пополнялась новыми силами и средствами.

Для того чтобы существенно облегчить положение Ленинграда, необходимо было нанесением решительных ударов по сходящимся направлениям на Кириши, Грузино разгромить находящегося там врага, восстановить оборону по правому берегу р. Волхов, захватить плацдармы на ее левом берегу, не допустить переброски немецко-фашистских сил под Москву, где происходили в это время решающие события.

Главный удар осуществляла 4-я армия из района Тихвина в направлении Будогощь, Грузино. Она должна была разгромить 39-й моторизованный корпус и соединиться в районе Киришей с войсками 54-й армии, а у Грузина — с войсками 52-й армии и захватить плацдармы на левобережье Волхова. 54-я армия получила задачу остановить наступление противника на Волхов и Войбокало, нанести удар по левому флангу его группировки "Бекман", наступавшей в направлении Киришей, отрезать ей и 39-му моторизованному корпусу пути отхода на запад, во взаимодействии с войсками 4-й армии уничтожить их. 52-й армии предписывалось во взаимодействии с Новгородской армейской группой Северо-Западного фронта разгромить противника в районе Малой Вишеры и, развивая наступление к р. Волхову, перехватить коммуникации врага в районе Грузина. Новгородской армейской группе, которая должна была продолжать прочно оборонять частью сил рубеж Пахотная Горка, устье р. Мсты, ставилась задача главными силами наступать в направлении Селищенского Поселка, совместно с 52-й армией разгромить противостоящие ей войска и овладеть плацдармом на левом берегу Волхова в районе Селищенского Поселка [28].

Ставка Верховного Главнокомандования внимательно следила за подготовкой наших войск к контрнаступлению под Тихвином. И. В. Сталин позвонил командиру 65-й стрелковой дивизии полковнику П. К. Кошевому (дивизия, выдвигаясь из резерва Ставки, сосредоточивалась в это время восточнее Тихвина): "С Тихвином пора кончать, товарищ Кошевой... Желаю Вам успеха" [29].

Выполняя директивные указания Ставки, командующие армиями и Новгородской армейской группой приняли соответствующие решения.

Командующий 4-й армией 10 ноября 1941 г. для нанесения контрудара и лучшей организации управления войсками создал четыре оперативные группы: Волховскую в составе двух стрелковых полков 292-й стрелковой дивизии, 284, 311 и 310-й стрелковых дивизий, 6-й бригады морской пехоты и 16-й танковой бригады; Северную, включив в нее два стрелковых полка 44-й стрелковой дивизии, 159-й понтонный батальон (переброшенные по указанию Ставки из 7-й армии), 46-ю танковую бригаду и 1067-й стрелковый полк; Восточную, в которую вошли 191-я стрелковая и 27-я кавалерийская дивизии, а также один стрелковый полк 44-й стрелковой дивизии, 121-й танковый полк 60-й танковой дивизии, 128-й танковый батальон и 65-я стрелковая дивизия; Южную в составе 4-й гвардейской и 92-й стрелковых дивизий, одного стрелкового полка 292-й стрелковой дивизии и героического 120-го танкового полка 60-й танковой дивизии.

По решению командующего армией Северная и Южная ударные группы встречными ударами западнее Тихвина должны были перерезать коммуникации противника и окружить его основные силы в этом районе. Нанесение удара на Тихвин с востока возлагалось на Восточную группу, прежде всего на 65-ю стрелковую дивизию. Волховская группа по-прежнему должна была отстаивать Волхов, С 12 ноября она была передана в состав 54-й армии по просьбе командующего этой армией [30]. Действия войск армии должны были привести не только к окружению, но и к ликвидации противника.

Командующий войсками 54-й армии, имея в районе Волхова довольно сильную Волховскую оперативную группу, переданную из 4-й армии, возложил на нее задачу сначала отразить наступление вражеских войск, а затем нанести по ним контрудар. Перейдя с 26 ноября к активным действиям, к исходу 29 ноября она не только остановила продвижение противника, но и отбросила его на рубеж к югу от железной дороги Волхов, Тихвин. В результате положение на этом участке стабилизировалось. Во время контрудара противник предпринял попытку кратчайшим путем прорваться к Ладожскому озеру из района станции Войбокало. Но и она была сорвана войсками 54-й армии.

Перед началом контрнаступления советских войск под Тихвином от Ладожского озера до оз. Ильмень на фронте свыше 300 км действовали 14 немецко-фашистских дивизий, в том числе 10 пехотных, 2 моторизованные и 2 танковые. Но их укомплектованность личным составом и вооружением к середине ноября в связи с большими потерями уже не превышала 60%, они насчитывали около 140 тыс. солдат и офицеров, 1000 орудий и минометов калибра 75 мм и около 200 танков [31].

В войсках 4, 52, 54-й армий, действовавших на этом же фронте, к середине ноября 1941 г. были 186,1 тыс. человек личного состава, 1374 орудия и миномета калибра от 76 мм и выше и 154 танка. Советские войска имели превосходство: в людях — в 1,3 раза, в орудиях и минометах — в 1,4 раза; в танках перевес в 1,3 раза был на стороне противника [32]. Это обстоятельство требовало решительного массирования сил и средств на важнейших направлениях. Выгодным моментом для советских войск было их охватывающее положение по отношению к противнику, позволявшее наносить фланговые удары. Но возможность широкого использования этих выгод резко снижалась отсутствием необходимых коммуникаций и условиями лесисто-болотистой местности, изобилующей множеством рек, озер и болот.

Готовясь к контрнаступлению, командующие армиями считали необходимым для себя видеть ход боя, лично знать местность и расположение противника и своих войск, того же они требовали от командиров дивизий и полков. Бывший командир 65-й стрелковой дивизии полковник П. К. Кошевой, ставший после войны Маршалом Советского Союза, в своих воспоминаниях писал, что генерал армии К. А. Мерецков перед началом наступления под Тихвином порекомендовал ему прежде всего самому побывать на переднем крае тех войск, которые уже вели боевые действия. На следующий день это же должны были сделать командиры полков, а затем и командиры стрелковых батальонов. После этого К. А. Мерецков лично провел с командирами полков беседу и дал указания по организации и ведению боя в этих своеобразных условиях местности. П. К. Кошевой отмечал, что он "на собственном опыте убедился в необходимости и огромной пользе такой науки" [33] .

Остановив продвижение противника, советские войска перешли в контрнаступление 12 ноября начала свои действия 52-я армия, 19 ноября — 4-я армия, 3 декабря — 54-я армия. После упорных боев войска 52-й армии, применив обходный маневр, 20 ноября в ночном бою овладели Малой Вишерой и начали развивать наступление в направлении Грузино, Селищенский Поселок. 7 декабря произошел перелом в боевых действиях 4-й армии. Это совпало с начавшимся контрнаступлением наших войск под Москвой. В упорном (также ночном) бою войска 4-й армии 9 декабря освободили Тихвин, нанеся большой урон 12-й танковой, 18-й моторизованной и 61-й пехотной дивизиям противника. С 7 по 9 декабря здесь было уничтожено до 7 тыс. вражеских солдат и офицеров, на улицах города осталось большое количество разбитых автомашин, орудий и танков [34]. Бывший начальник генерального штаба немецко-фашистских войск Гальдер в своем дневнике 13 декабря 1941 г. писал, что при отходе из Тихвина они потеряли большое количество артиллерии, оставили полностью два легких артиллерийских дивизиона и одну тяжелую зенитную батарею [35].

В боях под Тихвином особенно отличились 305-й стрелковый полк 44-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник П. А. Артюшенко, 65-я стрелковая дивизия под командованием полковника П. К. Кошевого, 191-я стрелковая дивизия полковника П. С. Виноградова, 46-я танковая бригада генерал-майора танковых войск В. А. Копцова, 127-й легкий артиллерийский полк, 881-й артиллерийский полк, 6-й гвардейский минометный полк, 185-й истребительный авиационный полк и 184-й отдельный саперный батальон. Эти соединения и части 17 декабря 1941 г. были награждены орденами Красного Знамени [36]. На заседании Военного совета Волховского фронта. Слева направо: командующий артиллерией фронта генерал-майор артиллерии Г. Е. Дегтярев, начальник штаба фронта генерал-лейтенант Ф. П. Озеров, член Военного совета фронта полковник К. С. Грушевой, командующий фронтом генерал армии К. А. Мерецков, член Военного совета фронта генерал-лейтенант Т. Ф. Штыков, командующий 14-й воздушной армией генерал-лейтенант авиации И. П. Журавлев, начальник политуправления фронта генерал-майор К. Ф. Калашников, начальник инженерных войск фронта генерал-лейтенант инженерных войск А. Ф. Хренов, заместитель командующего фронтом по тылу генерал-майор Л. П. Грачев. (1943 г.)

После разгрома врага в районе Тихвина 4-я армия развивала наступление в западном и юго-западном направлениях. Войска 52-й армии, разгромив 16 декабря противника в Большой Вишере, отбросили его части к р. Волхову. В полосе 54-й армии наибольшие успехи начали ощущаться 15 декабря, когда в сражение были введены 115-я и 198-я Стрелковые дивизии, переброшенные из Ленинграда. 17 декабря войска этой армии вышли в район населенного пункта Оломны и охватили левый фланг главных сил врага, действовавших на правобережье Волхова. В то же время часть сил 4-й армии, наступая вдоль железной дороги к югу от Волхова, вышла к р. Лынке, охватив левый фланг волховской группировки немецко-фашистских войск. Опасаясь окружения, враг стал поспешно отходить, бросая вооружение и боевую технику.

Чем стремительнее наступали наши войска, тем быстрее откатывался противник. Стрелковые и танковые части наносили смелые удары по флангам немецко-фашистских войск, во вражеском тылу действовали лыжные батальоны, которые нападали на обозы и отдельные вражеские гарнизоны, дезорганизуя и срывая подвоз к полю боя материальных средства. К 28 декабря 54-я армия отбросила противника за железную дорогу Мга-Кириши и завязала бои за Погостье, Посадников Остров, Ларионов Остров, Кириши. Успешно наступали войска 4-й и 52-й армий.

В ходе контрнаступления все явственнее вырисовывалась необходимость объединения участвовавших в нем войск под единым командованием, с тем, чтобы придать ему еще большую целеустремленность и эффективность. Поэтому Ставка Верховного Главнокомандования в целях объединения усилий армий, действовавших к востоку от р. Волхов и вновь сосредоточиваемых в этом районе, 11 декабря 1941 г. приняла решение образовать к 17 декабря Волховский фронт. В него были включены армии: 4, 52, 59-я (бывшая Новгородская армейская группа) и 26-я, прибывшая из резерва Ставки Верховного Главнокомандования [37]. Всего в состав фронта было включено 18 стрелковых дивизий, 4 кавалерийские дивизии, одна танковая дивизия (практически без танков), 9 стрелковых бригад, одна танковая бригада, 6 лыжных батальонов, 5 армейских артиллерийских полков и 6 дивизионов реактивной артиллерии, а также авиационные соединения [38].

Продолжая наступление, войска Волховского фронта к 27 декабря вышли к Волхову на участке Кириши, Новгород, захватили на левом его берегу плацдармы в районах Лезно, Хмелищи, севернее Грузино и вели бои за их расширение.

Чтобы затормозить наше наступление, вражеское командование перебросило в район Киришей из-под Ленинграда 291-ю и 261-ю пехотные дивизии. Стремясь удержать в своих руках западный берег Волхова, противник усилил отходившие войска охранной дивизией, снятой с тыла, а также частями 81-й пехотной дивизии, передислоцированной из Франции. Теперь вражеская группировка, действовавшая между озерами Ладожским и Ильмень, насчитывала 18 дивизий.

В ходе контрнаступления советские войска нанесли врагу тяжелое поражение и отбросили его на тот рубеж, с которого 16 октября он начал свое наступление на тихвинском направлении. Однако развить успех дальше нам все же не удалось. В условиях суровой и снежной зимы было трудно, а порою и невозможно обеспечить подвоз в войска всего необходимого для жизни и боя. Наши армии испытывали недостаток сил и средств. Противник же за счет сокращения фронта (со 160 км до 90) при отходе за р. Волхов значительно уплотнил свои боевые порядки и усилил сопротивление. Ему удалось создать прочную оборону по западному берегу Волхова, а также укрепить районы Кириши и Грузино. Темпы продвижения наших войск резко снизились. Продолжать дальнейшее наступление они уже не могли. Поэтому в конце декабря пришлось прекратить его и приступить к закреплению занятых рубежей.

Оборонительная операция советских войск
на тихвинском и волховском направлениях (октябрь-ноябрь 1941 г.)
(Схема)

Контрнаступление советских войск в районе Тихвина явилось частью контрнаступления Советских Вооруженных Сил конца 1941 г.-начала 1942 г., которое привело к первому крупному поражению немецко-фашистских войск во второй мировой войне. В ходе его советские войска окончательно сорвали план немецко-фашистского командования молниеносной войны против СССР, не позволили задушить Ленинград Голодом и значительно улучшили свое положение на юге. Продвинувшись на запад до 100-120 км, войска Волховского фронта и 54-й армии Ленинградского фронта нанесли группе армий "Север" большой урон. Противник не смог снять с этого участка сколько-либо значительные силы и бросить их в решающий момент под Москву. Кроме того, успешное контрнаступление под Тихвином намного укрепило положение героического Ленинграда.

В тяжелой борьбе на подступах к городу Ленина войска Волховского фронта приобрели первый богатый боевой опыт борьбы с сильным врагом в условиях лесисто-болотистой местности. Ставка Верховного Главнокомандования правильно оценивала обстановку и своевременно реагировала на ее изменения, точно указывала войскам, какую и на каком этапе необходимо было прежде всего разгромить группировку противника. В середине декабря 1941 г. решился вопрос и об управлении войсками, действовавшими юго-восточнее Ленинграда на самостоятельном операционном направлении, что нашло выражение в создании Волховского фронта.

В ходе контрнаступления под Тихвином командование фронта и армий широко и умело использовало маневр силами и средствами, в том числе и в ночных условиях, для нанесения ударов по слабым местам в обороне противника, разбросавшего свои войска на 160-километровом фронте. Этому способствовало быстрое доведение до войск накопленного опыта боевых действий. Наряду с этим необходимо отметить, что в действиях наших войск было немало и недостатков. В некоторых случаях свои удары они наносили в лоб и неоднократно против сильных опорных пунктов и узлов вражеской обороны, хотя при очаговом характере обороны противника имелись большие возможности для широкого маневра, охвата и обхода этих пунктов и узлов, недостаточно массированно использовались артиллерия и танки, были упущения в организации взаимодействия, разведки противника и в управлении войсками.

Успех наших войск под Тихвином был достигнут усилиями всех родов войск и авиации и их тесным взаимодействием. Много вложили сил в достижение победы специальные войска и службы тыла. Огромен вклад в дело разгрома врага политработников, партийных и комсомольских организаций. Коммунисты и комсомольцы всегда находились на самых опасных участках фронта, своим примером самоотверженности и боевого мастерства они вдохновляли на ратные подвиги боевых товарищей.

Успехи советских войск под Тихвином были высоко оценены Советским правительством. Только в 4-й и 52-й армиях орденами было награждено 725 воинов, в том числе 47 человек орденом Ленина, 406 — орденом Красного Знамени, 372 — орденом Красной Звезды, а 11 человек были удостоены высокого звания Героя Советского Союза. Это звание в 4-й армии получили командир взвода 46-го танкового полка младший лейтенант В. М. Зайцев, штурман эскадрильи 225-го ближнебомбардировочного авиационного полка лейтенант И. А. Ковшаров, комиссар роты 46-го танкового полка политрук М. К. Кузьмин, заряжающий рядовой И. М. Мананов, командир эскадрильи 225-го ближнебомбардировочного авиационного полка лейтенант В. Д. Панфилов, адъютант старший 1-го батальона 46-го танкового полка старший лейтенант М. Е. Пятикоп, стрелок-радист 46-го танкового полка младший сержант А. И. Ращупкин и заместитель командира эскадрильи 160-го Истребительного авиационного полка старший лейтенант А. П. Силантьев. В 52-й армии этого высокого звания были удостоены помощник командира 169-го истребительного авиационного полка капитан Л. И. Греков, летчик 513-го истребительного авиационного полка лейтенант Н. Г. Лесконоженко и помощник начальника оперативного отделения штаба 111-й стрелковой дивизии младший лейтенант Н. В. Оплеснин [39].

После разгрома врага под Тихвином перед войсками Ленинградского, Волховского и Северо-Западного фронтов была поставлена задача разгромить немецко-фашистские войска под Ленинградом и снять с него вражескую блокаду.

По замыслу Ставки основная роль в разгроме группы армий "Север" и в прорыве блокады Ленинграда отводилась Волховскому фронту. Его войска в составе 4, 59-й, 2-й Ударной и 52-й армий должны были перейти в общее наступление, имея целью разбить противника, оборонявшегося по западному берегу Волхова, главными силами выйти на рубеж Любань (ст. Чолово). В дальнейшем, наступая в северо-западном направлении, войска Волховского фронта во взаимодействии с Ленинградским фронтом должны были окружить и пленить силы врага, блокировавшие Ленинград. Ленинградскому фронту ставилась задача содействовать Волховскому фронту в разгроме противника под Ленинградом и освобождении его от блокады. Войска Северо-Западного фронта получили задачу правым крылом нанести удар в направлении Старая Русса, Сольцы, Дно, перерезать коммуникации новгородской группировки противника и во взаимодействии с войсками левого крыла Волховского фронта нанести ей поражение, содействуя тем самым решению главной задачи — вырвать Ленинград из тисков блокады [40].

Руководствуясь указаниями Ставки, командования Волховского, Ленинградского и Северо-Западного фронтов развернули подготовку к проведению новой крупной наступательной операции.

Командующий войсками Волховского фронта генерал армии К. А. Мерецков решил главный удар нанести силами двух новых армий (2-й Ударной и 59-й), прорвать вражескую оборону в районе Спасская Полнеть, выйти на рубеж Любань, Дубовик, Чолово и уничтожить во взаимодействии с 54-й армией Ленинградского фронта любанско-чудовскую группировку противника. В дальнейшем командование фронта имело в виду наступать в северо-западном направлении и при содействии части сил Ленинградского фронта осуществить прорыв блокады Ленинграда. Левое крыло Волховского фронта получило задачу во взаимодействии с войсками правого крыла Северо-Западного фронта разгромить врага в районе Новгород, Сольцы, Дно [41].

Командующий Ленинградским фронтом генерал-лейтенант М. С. Хозин принял решение частью своих сил прорвать оборону немецко-фашистских войск к югу от Воронова и, нанося главный удар в направлении Тосно, во взаимодействии с войсками Волховского фронта принять участие в разгроме любанско-чудовской группировки врага и прорыве блокады Ленинграда. Остальные войска фронта, находившиеся в блокаде южнее Ленинграда, должны были развернуть наступление в южном направлении как только войска Волховского фронта выйдут на рубеж Красное Село, Бегуницы [42].

Командующий Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант П. А. Курочкин решил главными силами нанести удар на старорусском и торопецком направлениях, а частью сил окружить и уничтожить демянскую группировку противника [43].

Завершение сосредоточения войск фронтов в исходных районах для наступления было назначено на 26 декабря 1942 г. Однако из-за сильных морозов и снежных заносов, слабой пропускной способности железных дорог, изношенности и недостатка автотранспорта, слабой организации автодорожной службы оно шло с запозданием на 10-15 суток и закончилось лишь к 7-8 января, а артиллерии — к 10-12 января. Тылы отстали, и войска испытывали большой недостаток в боеприпасах и других материальных средствах.

Ограниченные возможности не позволяли фронтам и армиям иметь достаточные резервы, их штабы еще лишь только накапливали опыт в руководстве войсками, не все части и соединения обладали необходимым боевым опытом.

Для выполнения задач в операции командующий Волховским фронтом создал следующую группировку своих войск.

На правом крыле фронта на участке Кириши, Лезно действовала 4-я армия. В ее состав входило семь стрелковых дивизий: 44, 377, 310, 4-я гвардейская, 65, 191 и 91-я. Все они были сильно ослаблены в предыдущих боях и имели большой некомплект в людях и вооружении. Командовал армией генерал-майор П. А. Иванов, членом Военного совета являлся дивизионный комиссар И. В. Зуев, начальником штаба — полковник П. С. Виноградов.

Левее, на фронте Завижа, Дымно, развернулась 59-я армия под командованием генерал-майора И. В. Галанина, членом Военного совета был корпусной комиссар П. А. Диброва, начальником штаба — генерал-майор И. М. Токарев. Это была наиболее сильная армия фронта. В ней имелось семь стрелковых дивизий 378, 372, 376, 111, 374, 366 и 382-я. Командующий 2-й Ударной армией генерал-лейтенант Н. К. Клыков и член Военного совета армии дивизионный комиссар И. В. Зуев за работой в период Любанской операции. (1942 г.)

Южнее 59-й армий, по правому берегу Волхова на фронте Крупичино-Русса, заняла исходное положение 2-я Ударная армия (бывшая 26-я резервная) [44] под командованием генерал-лейтенанта Н. К. Клыкова. Членом Военного совета являлся бригадный комиссар А. И. Михайлов, начальником штаба — генерал-майор В. А. Визжилин. В составе армии были одна стрелковая дивизия (327-я) и семь стрелковых бригад (25, 57, 58, 23, 24, 22, 59-я). Все войска армии были укомплектованы личным составом. Однако недоставало вооружения, и его приходилось получать в ходе выдвижения.

Левее 2-й Ударной армии до оз. Ильмень развернулась 52-я армия, которой командовал генерал-лейтенант В. Ф. Яковлев, членом Военного совета был дивизионный комиссар К. Л. Пантас, начальником штаба — полковник Б. А. Рождественский. В армию входили пять стрелковых (267, 305, 225, 46, 259-я) и одна кавалерийская дивизии (80-я). Все они имели некомплект в личном составе, недоставало артиллерии и автоматического оружия. Гвардейцы саперы М. Амриев и Н. Копылов проделывают проходы в проволочных заграждениях противника. (1942 г.)

Войскам Волховского фронта противостояли 1-й и 38-й армейские корпуса 18-й армии противника, имевшие восемь пехотных дивизий (11, 21, 61, 215, 216, 254, 291-я немецкие и 250-я испанская). В оперативном резерве группы армий "Север" на данном направлении находились 39-й моторизованный корпус и 285-я охранная дивизия. Следовательно, перед фронтом действовали 13 вражеских дивизий, почти все они имели полную укомплектованность, были достаточно вооружены, обеспечены боеприпасами и другими материальными средствами, обладали большим боевым опытом, в том числе и ведения боя в условиях лесисто-болотистой местности.

В ожидании наступления наших войск противник спешно создавал сильную оборону. На подготовленных позициях, состоявших из системы узлов сопротивления и опорных пунктов, у него имелось большое количество дзотов, пулеметных блиндажей и площадок. Передний край его обороны в основном проходил по западному берегу Волхова. Второй оборонительный рубеж пролегал по насыпи железнодорожной линии. Оперативную глубину обороны врага составляла, система узлов, оборудованных главным образом в населенных пунктах. Гитлеровцы имели сильную артиллерийскую группировку, оборона наземных войск поддерживалась значительным количеством авиации.

Исключительно тяжелое положение Ленинграда требовало решительных и немедленных действий. И Волховский фронт, не ожидая полной готовности, начал наступление. Его главная ударная группировка (4-я и 52-я армии) 7 января перешла к активным боевым действиям. Затем последовательно начали втягиваться в сражение войска 59-й и 2-й Ударной армий. На всем фронте разгорелись ожесточенные бои. В течение трех дней войска фронта пытались прорвать вражескую оборону, но безуспешно. Поэтому командование фронта с разрешения Ставки 10 января 1942 г. приняло решение временно прекратить наступление, перегруппировать войска, подтянуть артиллерию, подвезти необходимые материальные и технические средства и с 13 января возобновить наступательные боевые действия [45]. Как и намечалось, в этот день войска Волховского фронта после 1,5-часовой артиллерийской подготовки решительно атаковали врага, развивая свой удар в сторону Любани и Виверской.

В развернувшемся наступлении фронта наибольших результатов добились войска 2-й Ударной и 52-й армий. Их ударные группировки к исходу 14 января по льду форсировали Волхов и, преодолев первую полосу обороны, овладели на противоположном берегу несколькими населенными пунктами. Но далее завязались, упорные и затяжные бои. Только через десять дней войскам 2-й Ударной армии удалось овладеть Мясным Бором и отбросить противника к западу. Командующий фронтом тут же ввел в образовавшуюся брешь 13-й кавалерийский корпус, который вскоре добился заметного успеха. Вместе с ним продвигались части 2-й Ударной армии, начавшие быстро распространяться в сторону Любани, Глубочки, ст. Чолово и Глухой Керести, охватывая небольшой частью своих сил с юго-запада чудовскую группировку противника.

С этого времени основные усилия фронта были перенесены к месту развивавшегося прорыва. К Мясному Бору подошли внутренние фланги 52-й и 59-й армий, основной задачей которых теперь стали обеспечение горловины прорыва и расширение ее в сторону Чудова и Новгорода.

Войдя в прорыв, 13-й кавалерийский корпус быстро продвигался в северо-западном направлении. Обходя укрепленные позиции и опорные пункты противника, его дивизии все более приближались к Октябрьской железной дороге. Войска 2-й Ударной армии и 13-го кавалерийского корпуса, пройдя вперед до 50 км на любанском направлении, встретили ожесточенное сопротивление вновь введенных в сражение резервов противника. Одновременно с началом наступления Волховского фронта перешли к активным наступательным действиям войска Ленинградского фронта: 54-я и 55-я армии наносили удары навстречу друг другу в направлении Тосно. Северо-Западный фронт правым крылом перешел в наступление еще 7 января, его 11-я армия под командованием генерал-лейтенанта В. И. Морозова уже 8 января вела бои в Старой Руссе и частью сил продвигалась в направлении населенного пункта Сольцы [46].

Наступление войск Волховского фронта развивалось крайне медленно. Противник оказывал упорное сопротивление, в том числе авиацией, количественно значительно превосходившей нашу авиацию, предпринимал контратаки [47], вводил резервы. На развитии прорыва отрицательно сказывались также недостаток в артиллерии, танках, боеприпасах и сложные условия местности и погоды.

Только к исходу дня 17 января после ввода в сражение всех сил войскам фронта удалось прорвать первый рубеж обороны противника на левом берегу Волхова и продвинуться на глубину от 5 до 10 км. Значительную помощь наземным войскам оказала авиация, которая совершила в этот период свыше 1500 боевых самолето-вылетов [48].

Ожесточенные бои за развитие успеха в операции продолжались и всю вторую половину января 1942 г. Особенно упорное сопротивление враг оказал в районах Спасской Полисти и Мясного Бора. В этих населенных пунктах, находившихся у основания горловины прорыва войск фронта, противник подготовил мощные узлы обороны с намерением использовать их в качестве исходных позиций для удара под основание прорыва советских войск. Сознавая это, командующий фронтом решил во что бы то ни стало разгромить врага в этих районах и развить наступление на любанском направлении. Однако осуществить это так и не удалось. Создавалась прямая угроза срыва всей Любанской операции.

В ходе боев был проявлен индивидуальный и массовый героизм. Яркий пример героизма ж большого воинского мастерства показали воины 660-го саперного батальона, которым командовал младший лейтенант И. С. Чумаченко. Под ураганным артиллерийско-минометным огнем они проделали в полосе наступления 376-й стрелковой дивизии проходы в минных полях противника, обеспечили продвижение пехоты и эвакуацию поврежденной боевой техники. За этот подвиг младший лейтенант И. С. Чумаченко был награжден орденом Красного Знамени, ордена и медали получили и остальные воины взвода [49].

Уже в конце января командованию войсками Волховского фронта стало ясно, что задача по разгрому основных сил 18-й армии противника на подступах к Ленинграду встречными ударами Волховского и Ленинградского фронтов перспективы не имеет. Поэтому оно предложило все усилия Волховского фронта сосредоточить на овладении Любанью и Чудовом. Ставка Верховного Главнокомандования согласилась с этим предложением [50] и для достижения этой цели обязала Ленинградский фронт, усилив 54-ю армию, не позднее 1 марта перейти в наступление в направлении Любани, с тем чтобы, сочетая удары 54-й армии и Волховского фронта, полностью, ликвидировать любанско-чудовскую группировку врага и освободить железную дорогу Любань-Чудово [51]. Активные задачи по перехвату коммуникаций противника, идущих в направлении Ленинграда и Волхова, были поставлены Северо-Западному фронту [52]. Командующий 4-й армией генерал-майор П. А. Иванов вручает воинам правительственные награды. (1942 г.)

В конце января 1942 г. стало очевидно, что намечавшаяся решением Ставки от 17 декабря 1941 г. большая операция в силу сложившейся обстановки превратилась в ограниченную, Любанскую. Однако и она имела важное значение для обороны Ленинграда, его жизнедеятельности и эвакуации. Именно поэтому Ставка в течение марта и первых дней апреля настойчиво добивалась от Волховского и Ленинградского фронтов выполнения задач этой операции [53], организовывала с 10 по 20 марта в интересах этой операции массированные удары авиации Волховского и Ленинградского фронтов, дальнего действия и Резерва Верховного Главнокомандования по боевым порядкам противника перед 4, 59, 2-й Ударной, 52-й армиями, а также по шоссейным и железным дорогам в тылу немецко-фашистских войск с целью воспрещения перегруппировок и подвоза. Руководство действиями авиации было возложено на заместителя командующего ВВС генерал-лейтенанта авиации А. А. Новикова [54].

В марте 1942 г. войска 54-й армии прорвали оборону противника в районе Шалы (15 км восточнее Погостья) и, расширив прорыв до 25 км, продвинулись на 20 км к югу в направлении Любани, очистили от противника Погостье и захватили крупные населенные пункты и узлы сопротивления на подступах к Любани — Кондую, Смердыню, Кородыню. Однако к концу марта ее соединения были остановлены на рубеже р. Тигоды подошедшими новыми крупными оперативными резервами противника. Войска 2-й Ударной армии к середине марта вклинились в оборону врага на глубину 60-70 км и захватили большой лесисто-болотистый район между железными дорогами Чудово- Новгород и Ленинград-Новгород. Передовые части армии подошли к оборонительной позиции, созданной гитлеровцами на подступах к Любани. Лишь 15 км отделяло их от города и 30 км от войск 54-й армии, наступавших с севера. Однако, растянувшись на фронте до 140 км и не имея резервов, 2-я Ударная армия практически оказалась не в состоянии развивать дальнейшее наступление. Скованная крупными силами противника, она вынуждена была перейти к обороне и отбивать ожесточенные контрудары вражеских войск на своих флангах. К тому же начавшееся в конце марта 1942 г. резкое потепление, совершенно испортившее снежные дороги и колонные грунтовые пути, проложенные через болотистые участки и лесные массивы, сильно затруднило и маневр войсками армии внутри ее полосы. Возникли перебои со снабжением, стал ощущаться серьезный недостаток в боеприпасах, горюче-смазочных материалах, вооружении и продовольствии. Боевые друзья поздравляют командира взвода разведроты 311-й стрелковой дивизии замполитрука А. А. Калинина с присвоением ему звания Героя Советского Союза. (1942 г.)

Именно в это время гитлеровское командование, широко используя находившуюся в его распоряжении густую сеть дорог с твердым покрытием, идущих от Новгорода, Луги и Тосно, активизировало свои действия против 2-й Ударной армии, главным образом на ее растянутых флангах, особенно у основания участка прорыва армии в районе Спасской Полисти и Мясного Бора. Даже резкий поворот 54-й армии Ленинградского фронта в сторону Любани, оказавшийся полной неожиданностью для врага и имевший в целом большой успех, не смог уже кардинально изменить положение, создавшееся в полосе Волховского фронта.

События в конце марта и начале апреля 1942 г. развивались с нарастающей быстротой. Стянув свежие крупные резервы, противник направил свои главные усилия на то, чтобы перерезать коммуникации 2-й Ударной армии у основания прорыва и тем самым изолировать ее войска от соседних с нею 52-й и 59-й армий.

Наступившая весенняя распутица, а также активизация противника на всем фронте и особенно на флангах армии, отсутствие резервов потребовали от армии быстрого перехода от наступательных действий к оборонительным, с тем, чтобы удержать за собой захваченный ею чрезвычайно важный плацдарм на подступах к Любани.

Учитывая складывающуюся обстановку, командование фронта решило организовать действия левофланговых соединений 59-й армии совместно с 52-й армией и не только не допустить перехвата врагом коммуникаций 2-й Ударной армии, но и полностью разгромить и уничтожить его контрнаступающие части [55]. Ставка разрешила перебросить в район Мясного Бора 376-ю стрелковую дивизию из 4-й армии и обязала командующего фронтом взять в свои руки руководство боевыми действиями по ликвидации контратакующего врага.

30 марта командование Волховского фронта доложило Верховному Главнокомандующему о том, что "ликвидация противника, прорвавшегося в стыке 52-й и 59-й армий, развивается успешно" [56]. 8 апреля в своем новом донесении оно уточнило, что в стыке 52-й и 59-й армий "коммуникации 2-й Ударной армии от противника освобождены и создан разрыв в обороне противника". Но этот разрыв, к сожалению, не превышал 1,5-2 км. По такому узкому проходу только ночью могли двигаться небольшие группы людей, отдельные орудия, повозки, используя колонный путь с жердевым настилом в болотистых местах. 9 апреля 1942 г. противник юго-западнее Спасской Полисти вновь продвинулся и проход еще более сузился, а затем и совсем закрылся. В этих условиях все необходимое для войск 2-й Ударной армии и некоторых дивизий 59-й армии, оказавшихся в окружении, приходилось, доставлять только транспортной авиацией. Командир 294-й стрелковой дивизии полковник П. И. Радыгин и комиссар дивизии старший батальонный комиссар А. Ф. Пекленков. (1942 г.)

Учитывая, что Главное Командование Северо-Западного направления к этому времени было упразднено, а выполнение задач по деблокаде Ленинграда требовало объединения усилий войск Ленинградского и Волховского фронтов под единым командованием, Ставка Верховного Главнокомандования 21 апреля 1942 г. решила объединить с 24 час. 23 апреля эти фронты в единый, Ленинградский в составе двух групп: группы войск Ленинградского направления (23, 42, 55-я армии, Приморская и Невская оперативные группы); группы войск Волховского направления (8, 54, 4, 2-я Ударная, 59-я армии, 4, 6-й гвардейские стрелковые и 13-й кавалерийский корпуса). Командующий фронтом стал генерал-лейтенант М. С. Хозин, на него же возлагалась обязанность командующего группой войск Волховского направления.

Группу войск Ленинградского направления возглавлял генерал-лейтенант Л. А. Говоров, освобожденный от обязанностей командующего войсками 5-й армии. Генерал армии К. А. Мерецков был назначен заместителем главнокомандующего войсками Западного направления [57].

С 3 мая 1942 г. войска бывшего Волховского фронта стали именоваться Волховской группой Ленинградского фронта.

Генерал М. С. Хозин, ознакомившись с обстановкой, пришел к выводу, что ни о каком дальнейшем наступлении без пополнения обессиленных дивизий людьми, усиления фронта средствами противовоздушной обороны и авиацией, а также подвоза необходимых средств обеспечения речи быть не может. И он отдал приказ о временном переходе к обороне: 59-й армии — с 24 апреля, а 2-й Ударной армии — с 30 апреля 1942 г. Одновременно он поставил перед командованием 59-й армии задачу подготовить операцию по ликвидации противника в районе Трегубово, Приютино, Спасская Полисть, с тем, чтобы расширить горловину прорыва 2-й Ударной армии и создать условия для выхода ее из окружения [58].

Последующее развитие событий показало, что продолжение наступательной операции могло привести к еще большему осложнению положения 2-й Ударной армии. Удар, нанесенный 59-й армией в районе Спасской Полисти, оказался слабым и успеха не принес. В то же время противник продолжал усиливать свои группировки на флангах прорыва 2-й Ударной армии. В этих условиях командование Ленинградского фронта сочло целесообразным отвести ее войска на более выгодный рубеж и 13 мая 1942 г. отдало соответствующую директиву. Одновременными ударами 2-й Ударной армии с запада на восток и 59-й армии с востока на запад их войска должны были уничтожить противника в районе Спасской Полисти. По выполнении поставленной задачи имелось в виду войска 2-й Ударной армии сосредоточить в районе Мясного Бора, с тем, чтобы прочно закрепить за собой совместно с 52-й и 59-й армиями Октябрьскую железную дорогу, шоссе, а также плацдарм на западном берегу Волхова. Заместитель командующего войсками Волховского фронта генерал-лейтенант И. И. Федюнинский и главный хирург фронта полковник медицинской службы А. А. Вишневский. (1943 г.)

Обстановка оставалась сложной. 0бъединение Ленинградского и Волховского фронтов не оправдывало себя. Действия войск происходили на двух далеко удаленных друг от друга операционных направлениях. Управлять ими командованию одного фронта было крайне затруднительно. Как пишет К. А. Мерецков, Верховный Главнокомандующий впоследствии сказал: "Мы допустили большую ошибку, объединив Волховский фронт с Ленинградским" [59].

8 июня 1942 г. Волховский фронт был восстановлен. Но теперь в него были включены, кроме ранее входивших — 2-й Ударной, 4, 52, 59-й армий, еще две армии Ленинградского фронта: 8-я (командующий — генерал-лейтенант Ф. Н. Стариков, член Военного совета — бригадный комиссар В. В. Сосновиков, начальник штаба — генерал-майор П. И. Кокорев) и 54-я (командующий — генерал-майор А. В. Сухомлин, член Военного совета — бригадный комиссар Д. И. Холостов, начальник штаба — генерал-майор Л. С. Березинский). Соответственно была изменена правая разграничительная линия фронта. Теперь она проходила по южному берегу Ладожского озера от устья Волхова до Липок включительно [60]. С июля 1942 г. в состав фронта вошла 14-я воздушная армия, объединившая имевшуюся в нем авиацию, под командованием генерал-майора (с апреля 1943 г. генерал-лейтенанта) И. П. Журавлева, начальником штаба армии был полковник И. С. Морунов.

Увеличение боевого состава войск фронта и расширение полосы его действий до 300 км, которая стала охватывать все пространство от Ладожского озера до оз. Ильмень, повысили ответственность и роль фронта на северо-западном стратегическом направлении за судьбу Ленинграда.

В командование фронтом вновь вступил генерал армии К. А. Мерецков. 9 июня он вместе с представителем Ставки генерал-полковником А. М. Василевским прибыл на командный пункт фронта в Малую Вишеру и взял в свои руки руководство выводом 2-й Ударной армии из окружения [61]. В этих целях с 10 по 25 июня командующий войсками фронта при участии представителя Ставки непосредственно организовывал и руководил боевыми действиями войск в районе Мясного Бора. B результате многодневных жестоких боев ее основные силы были выведены из окружения и направлены в тыл для восстановления.

Войска 2-й Ударной армии пережили трудные времена. Бездействие и измена Родине и воинскому долгу бывшего ее командующего генерал-лейтенанта А. А. Власова являются одной из самых важных причин того, что армия оказалась в окружении и понесла огромные потери. На совести этого предателя безвременная смерть многих сотен и тысяч ее героических воинов. Были, однако, и другие причины, которые привели к неуспеху 2-й Ударной армии в Любанской операции. Наступление велось против сильного и опытного противника при невыгодном для наших войск соотношении сил и средств, без прочного закрепления достигнутых результатов. На протяжении всей операции так и не были разгромлены вражеские группировки, нависавшие над основанием прорыва армии в районах Мясного Бора и Спасской Полисти. Командные кадры не имели достаточного боевого опыта по организации и ведению наступления в лесисто-болотистой местности, силы и средства слабо массировались на решающих направлениях, были упущения и в боевом использовании артиллерии, танков и авиации.

Любанская операция, хотя и не получила того завершения, которого от нее ожидали, но в деле борьбы за Ленинград она сыграла важную роль. В результате ее проведения противнику не удалось организовать новый штурм Ленинграда. Волховский фронт привлек на себя почти половину сил группы армий "Север". Главное командование фашистской Германии вынуждено было усилить ее за счет своих стратегических резервов восемью пехотными дивизиями, стрелковой егерской бригадой и большим количеством отдельных частей, которые могли бы быть использованы им на юго-западном стратегическом направлении, где в то время происходили решающие события. Действия войск Волховского фронта неоднократно вызывали тревогу у высшего военного руководства фашистской Германии. Ф. Гальдер в своем дневнике 30 января 1942 г. записал: "Чрезвычайно напряженная обстановка на волховском участке". На следующий день он отметил, что обстановка на севере в районе Волхова еще более обострилась [62]. 29 марта 1942 г. в его дневнике появилась запись, что "обстановка южнее Погостья совсем не радует" [63].

Однако при всем этом задача деблокирования Ленинграда по-прежнему оставалась для наших войск главной на всем северозападном стратегическом направлении, в решении которой войскам Волховского фронта, как и раньше, принадлежала огромная роль. Для ее выполнения необходимо было подготовить войска, доукомплектовать их личным составом, вооружением и боевой техникой, накопить достаточное количество боеприпасов, горючего, продовольствия и других средств, подготовить полосу фронта в инженерно-дорожном отношении. Войска и штабы должны были обобщить и в еще большей мере овладеть опытом ведения боевых действий в условиях лесисто-болотистой местности во все времена года. Большого внимания требовали вопросы организации взаимодействия и управления войсками в тактическом и в оперативном масштабах. Командующий войсками фронта особо обратил внимание на поддержание тесного взаимодействия с Ленинградским фронтом. В своих воспоминаниях Маршал Советского Союза К. А. Мерецков писал, что в этот период "не удалось найти правильную форму и верные способы оперативного взаимодействия между армиями Волховского и Ленинградского фронтов" [64].

Дружный коллектив полевого управления фронта и подчиненные ему войска решали две задачи. Прежде всего свои усилия они сосредоточивали на создании прочной, устойчивой, глубокоэшелонированной обороны, одновременно восстанавливая и укрепляя части и соединения.

Командование Волховского фронта совместно с командованием Ленинградского фронта готовило новую, Синявинскую наступательную операцию с целью прорыва блокады Ленинграда. Эту операцию намечалось провести в конце августа — начале сентября также в основном силами Волховского фронта при содействии части сил Ленинградского.

Организуя подготовку операции, глубина которой не превышала 16 км, командование фронта учитывало, что в ее проведении может возникнуть немало трудностей. Было, например, известно, что шлиссельбургско-синявинский выступ севернее параллели Лодва — Ям-Ижора обороняют пять фашистских пехотных дивизий (96, 223, 227, 269-я и основные силы 122-й). Причем 223, 227-я дивизии были обращены фронтом на восток против войск Волховского фронта и находились на участке главного удара. Принималось также во внимание, что 11-месячное пребывание в этом выступе немецко-фашистские войска эффективно использовали для создания прочной, глубокой и высокоорганизованной обороны во всех отношениях. На один километр фронта в обороне врага приходилось: почти один пехотный батальон, около 7-8 противотанковых орудий, столько же дзотов и пулеметных площадок. Помимо первой позиции, у него имелись подготовленные позиции и опорные пункты в глубине. Особенно сильное развитие вражеская оборона получила на Синявинских высотах, высота которых 10-15 м. По оценке К. А. Мерецкова, синявинские позиции врага были ключевыми [65]. Командование 8-й армии. Справа налево: командующий артиллерией генерал-майор артиллерии С. М. Безрук, заместитель начальника штаба по политчасти подполковник И. М. Игнатенков, командующий армией генерал-лейтенант Ф. Н. Стариков, члены Военного совета генерал-майор В. А. Зубов и полковник А. X. Тынчеров, командующий БТ и MB генерал-майор танковых войск Н. В. Зазимко. (1943 г.)

Во внимание принимались возможность быстрого маневра и средства противника (начиная с первых часов наступления войск фронта). Уже в первый день он мог сосредоточить к этому участку все силы авиации, поддерживающие группу армий "Север", а также перебросить с соседних участков отдельные подразделения и части. На второй-третий день могли быть перегруппированы в район выступа резервы 18-й армии и группы армий "Север".

Командующий фронтом генерал армии К. А. Мерецков считал, что прорыв обороны противника и соединение с войсками Ленинградского фронта в случае успеха могли быть осуществлены за два-три дня [66].

Для выполнения поставленных задач фронт имел возможность выделить семь дивизий против трех вражеских: от 8-й армии — четыре, от 4-го гвардейского стрелкового корпуса — две и от 2-й Ударной армии — одну. Фронт благодаря заботам Ставки располагал возможностью привлечь к операции около 26 артиллерийских и минометных полков, в том числе четыре артиллерийских полка большой мощности, пять гвардейских минометных полков, из них три тяжелых, десять гвардейских отдельных минометных дивизионов, четыре зенитных артиллерийских полка, четыре зенитных артиллерийских дивизиона и другие средства. Всего для прорыва выделялись более 600 орудий и минометов, не считая артиллерийских орудий и минометов дивизий, 100 гвардейских минометных установок, свыше 50 танков. Средняя плотность орудий и минометов составляла от 70 до 100 на 1 км фронта [67]. Все это позволяло создать превосходство в живой силе более чем в два раза и в артиллерии — почти в четыре. Командующий войсками фронта решил для выполнения поставленной задачи построить ударную группировку войск в три эшелона. В первом планировалось иметь 8-ю армию, передав ей почти все средства усиления артиллерии и танков. Она была обязана прорвать оборону противника на участке от мыса Бугровского на южном берегу Ладожского озера до Воронова и в первый день наступления овладеть Синявином, оз. Синявинским и районом Карбусель. Во втором эшелоне должен был находиться 4-й гвардейский стрелковый корпус, предназначенный для развития успеха наступления 8-й армии и завершения прорыва обороны. В третьем эшелоне — стрелковая дивизия и стрелковая бригада 2-й Ударной армии [68] в готовности к вводу в сражение для разгрома вражеских резервов на завершающем этапе операции [69].

Для маскировки штабом фронта под руководством генерал-майора Г. Д. Стельмаха были разработаны специальные мероприятия, которые позволили скрыть подготовку операции от противника.

Операция готовилась в обстановке, когда фашистские полчища рвались к Сталинграду и на Кавказ. Коммунистическая партия мобилизовала советский народ на обеспечение Советской Армии всем необходимым для успешных боевых действий. Воины Волховского фронта, как и воины других фронтов, постоянно чувствовали внимание и заботу Родины: они получали большое количество автоматического оружия, были значительно усилены артиллерией, во фронте улучшилось снабжение боеприпасами, горючим, продовольствием и другими средствами [70]. У каждого бойца росло чувство ответственности за судьбу Ленинграда. Партийные и политические органы, коммунисты и комсомольцы к началу операции сумели создать высокий моральный подъем у личного состава войск для решительных и смелых действий по прорыву блокады Ленинграда.

27 августа 1942 г. после артиллерийской подготовки, продолжавшейся 2 час. 10 мин., войска 8-й армии атаковали противника на 16-километровом фронте. К исходу дня оборона врага была нарушена. Две стрелковые дивизии, 24-я гвардейская (командир — полковник П. К. Кошевой) и 265-я (командир — полковник Б. Н. Ушинский), преодолели р. Черную и вклинились в оборону гитлеровских войск на глубину 1,5-2,5 км на участке Гонтовая Липка, Тортолово, овладев мощным тортоловским опорным пунктом. На второй день более успешно действовала 19-я гвардейская стрелковая дивизия под командованием полковника Д. М. Баринова. Она прошла с упорными боями от 5 до 5,5 км и вышла на подступы к Синявину. 265-я стрелковая дивизия захватила поселок 1-й Эстонский.

Противник в спешном порядке перебрасывал на угрожаемое направление не только пехотные и танковые подразделения и части, но и артиллерию с соседних участков. Он наносил чувствительные контрудары по наступающим войскам 8-й армии. На третий день наступления на поле боя появились части 12-й танковой дивизии, переброшенные из-под Ленинграда, а также 170-й пехотной (гренадерской) дивизии 11-й армии Манштейна, которая прибыла из Крыма для наступления на Ленинград. Враг противопоставил войскам 8-й армии пять полностью укомплектованных дивизий, из них одну танковую, не считая отдельных подразделений и частей соседних дивизий. Он стал превосходить в силах наступающие советские войска.

Оказывая яростное сопротивление огнем с места, противник осуществлял контратаки, использовал свежие резервы и наносил удары авиацией. В этой обстановке командующий фронтом решил использовать в сражении свой третий эшелон. Но и эти силы, как и 4-й гвардейский стрелковый корпус, введенный в бой из второго эшелона 8-й армии, не могли оказать существенного влияния на обстановку. Немецко-фашистское командование для противодействия нашим войскам в район выступа подтянуло еще четыре дивизии (24, 28, 121-я пехотные и 6-я горно-стрелковая) в основном из состава 11-й армии. К 5 сентября против наших ослабленных шести дивизий вели бои девять вражеских, причем в большинстве своем свежих, хорошо укомплектованных, оснащенных вооружением и техникой. В артиллерии превосходства наши войска также не имели, господство врага в авиации еще более усиливалось [71].

В течение последующих десяти дней войска Волховского фронта и Невской оперативной группы Ленинградского фронта продолжали атаковать противника в синявинском выступе, но безуспешно. Немецко-фашистское командование, располагая превосходством в силах, начало переходить к активным и все более решительным действиями. 10 сентября гитлеровские войска нанесли сильный удар по флангу 2-й Ударной армии, в состав которой вошел 6-й гвардейский стрелковый корпус. Удар был отражен. За ним последовало несколько других. Стало очевидным, что готовятся удары по северному и южному флангам вклинившейся группировки Волховского фронта с целью ее окружения и разгрома.

В сложившейся обстановке командование Волховского фронта отдало приказ 2-й Ударной и 8-й армиям, а также 4-му гвардейскому стрелковому корпусу перейти к обороне, а 27 сентября приказано начать отвод войск на восточный берег р. Черной, т. е. на рубеж, который войска занимали до начала операции. Более месяца длились на подступах к Неве бои огромного накала. К 30 сентября войска, отражая непрерывные атаки превосходящих сил врага, стойко выдерживая массированный огонь артиллерии и удары авиации, отошли на указанный рубеж. Активные действия фронта были прекращены.

Прорвать блокаду Ленинграда опять не удалось. Однако действия наших войск в Синявинской операции имели важное значение. В ходе боев только на Волховском фронте противник потерял убитыми и пленными не менее 60 тыс. солдат и офицеров, было подбито и уничтожено около 200 танков, более 200 орудий, 400 минометов, сбито 260 самолетов [72]. Попытка врага организовать новое наступление на Ленинград была сорвана. Бывший командующий 11-й армией Э. Манштейн впоследствии признавал, что после проведенной советскими войсками Синявинской операции о скором проведении наступления на Ленинград не могло быть и речи. Чтобы избежать катастрофы, вспоминал он, Гитлер приказал ему немедленно взять на себя командование этим участком фронта [73].

Изучение опыта организации и ведения операции показывает, что ее исход мог быть и иным, если бы не были допущены серьезные ошибки в ее подготовке и ведении. Прежде всего проявилось неумение вести операцию с применением крупных масс артиллерии и других средств борьбы против хорошо подготовленного и сильного противника. Это заключалось в слабой организации артиллерийского наступления, которое нужно было готовить фронту, а не 8-й армии; громоздком трехэшелонном оперативном построении войск ударной группировки, в то время как глубина операции не превышала 16 км; недостаточном контроле за ходом подготовки и ведения операции; запоздалом вводе в сражение 4-го гвардейского стрелкового корпуса и соединений 2-й Ударной армии. Были и другие недостатки, связанные с организацией взаимодействия артиллерии и авиации, противовоздушным и инженерным обеспечением в ходе боевых действий. Действия войск Волховского фронта были недостаточно увязаны с действиями Невской оперативной группы Ленинградского фронта.

Прорыв блокады Ленинграда.
Борьба за расширение приладожского коридора

Осенью 1942 г. немецко-фашистские войска на всех решающих направлениях терпели неудачи. Их наступление как на юге в борьбе за Сталинград, так и на Северном Кавказе явно захлебнулось. Более того, 19 ноября 1942 г. развернулось мощное контрнаступление под Сталинградом, а в начале 1943 г. советские войска перешли в контрнаступление и на Северном Кавказе. На Центральном, московском направлении инициативу и превосходство в силах также удерживала Советская Армия. На северо-западном направлении новое наступление на Ленинград, подготавливаемое группой армий "Север" с привлечением сил 11-й армии, прибывшей из Крыма, оказалось сорванным в результате второй Синявинской наступательной операции войск Волховского и части сил Ленинградского фронтов.  Маршал Советского Союза А. М. Василевский

Благодаря заботам Центрального Комитета Коммунистической партии и Ставки Верховного Главнокомандования положение в районе Ленинграда несколько улучшилось. Во второй половине 1942 г. из Ленинграда через Ладожское озеро и по воздуху были эвакуированы около 450 тыс. человек. Из Центра, хотя все еще в недостаточном размере, подвозилось продовольствие, горючее и другие виды снабжения для города и войск. По дну Ладожского озера были проложены электрокабель, трубопровод для горючего, а также кабель проводной связи [74]. Все это позволило передавать электроэнергию срочно восстановленной Волховской электростанции в осажденный город, высвободить автротранспорт и суда Ладожской флотилии от перевозок горючего и связать Центр страны с Ленинградом. Однако блокада города на всех сухопутных направлениях не только угрожала Ленинграду новыми штурмами немецко-фашистских войск и голодом, но и позволяла врагу постоянно производить массированные артиллерийские обстрелы и наносить авиационные удары по городу. Она не давала возможности наладить снабжение города и войск всем необходимым в нужных размерах.

Поэтому в качестве первоочередной перед войсками Ленинградского и Волховского фронтов и в 1943 г. по-прежнему стояла задача осуществить прорыв блокады Ленинграда, а в последующем во взаимодействии с Северо-Западным фронтом и 7-й Отдельной армией завершить окончательный разгром врага на подступах к Ленинграду, полностью ликвидировать его блокаду и не допустить переброски противником своих сил из-под Ленинграда на юг. Выполнению этой задачи способствовала общая обстановка, складывающаяся на советско-германском фронте.

В ноябре 1942 г. командования Волховского и Ленинградского фронтов при участии представителей Ставки Верховного Главнокомандования Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова и генерала армии Г. К. Жукова внимательно изучили обстановку и приняли решение на прорыв блокады Ленинграда, с тем чтобы "соединить Большую землю и осажденный Ленинград прочным коридором" [75].

Конкретные задачи войскам фронтов были поставлены в декабре 1942 г. Совместными усилиями они должны разгромить группировку противника в районе Липка, Гайтолово, Московская Дубровка, Шлиссельбург, прорвать блокаду Ленинграда и к исходу января 1943 г. выдвинуться на линию р. Мойки, пос. Михайловского, Тортолова и, закрепившись на этом рубеже, обеспечить коммуникации Ленинградского фронта. После выполнения этих задач войска фронтов должны были в первой половине февраля 1943 г. подготовить и провести операцию с целью разгрома мгинской группировки противника [76]. Командующие фронтами приняли решение на операцию по осуществлению прорыва блокады Ленинграда, получившую условное наименование "Искра".

По замыслу командующего Волховским фронтом войска фронта, не ослабляя обороны на других направлениях, должны были взломать вражескую оборону на участке Липка, Гайтолово протяженностью 12 км, уничтожить противника в восточной части шлиссельбургско-синявинского выступа и, соединившись с войсками Ленинградского фронта, прорвать блокаду Ленинграда.

Главный удар фронт наносил в общем направлении на Синявино силами 2-й Ударной армии под командованием генерал-лейтенанта В. 3. Романовского [77]. На первом этапе операции ее войска обязаны были разгромить противостоящего врага и выйти на линию: 2 км западнее Рабочего поселка № 4, оз. Глухое, Рабочий поселок № 7. В дальнейшем, с вводом в сражение второго эшелона, армия должна была овладеть Рабочими поселками № 1 и 5, Синявином и наступать до встречи с войсками Ленинградского фронта. Командующий 2-й Ударной армией генерал-лейтенант В. 3. Романовский (1943 г.)

В состав 2-й Ударной армии входили 12 стрелковых дивизий, насчитывавших от 6,5 до 7 тыс. человек в каждой, 2 лыжные, 4 танковые (16, 98, 122, 185-я) и 2 инженерно-саперные бригады, 37 артиллерийских и минометных полков, отдельный танковый полк прорыва и 4 танковых батальона. Они имели 139,8 тыс. человек, 2100 орудий и минометов калибра 76 мм и выше, более 500 реактивных установок М-8 и М-13 и около 300 танков и САУ, в том числе 30 тяжелых и 135 средних танков [78].

Войска армии были построены в два эшелона с выделением резервов. В первом эшелоне на правом фланге, восточнее населенного пункта Липка, развертывалась 128-я стрелковая дивизия генерал-майора Ф. Н. Пархоменко. Ее командование хорошо знало это направление по предыдущим оборонительным и наступательным боям. Теперь на нее была возложена ответственная задача: наступать в направлении Рабочего поселка № 2 и обеспечивать правый фланг армии со стороны Ладожского озера.

Южнее, на Рабочий поселок № 8, нацеливалась 372-я стрелковая дивизия полковника П. И. Радыгина. Она находилась на Волховском фронте с момента его организации, участвовала в Любанской операции и имела большой опыт ведения наступательных боев в лесисто-болотистой местности.

К югу от Рабочего поселка № 8 развертывалась 256-я стрелковая дивизия под командованием полковника Ф. К. Фетисова. Ей предстояло наступать по равнинной торфяной местности, на которой гитлеровцы соорудили два дерево-земляных вала с большим количеством огневых точек.

В направлении рощи "Круглая" должна была действовать 327-я стрелковая дивизия полковника Н. А. Полякова. В состав армии она прибыла в конце декабря 1941 г. и также участвовала в Любанской, а затем в Синявинской операциях. Во всех боях она проявляла большую стойкость и упорство.

На левом фланге армии между рощей "Круглая" и Гайтолово развернулась 376-я стрелковая дивизия генерал-майора Н. Е. Аргунова. Она также принадлежала к дивизиям — ветеранам Волховского фронта. Здесь же, на левом фланге армии, находилась и 314-я стрелковая дивизия полковника И. М. Алиева. С переходом армии в наступление ее задачей являлось обеспечение левого фланга армии (со стороны рощи "Круглая", Гайтолово) и стыка с 8-й армией.

Первый эшелон должен был прорвать главную полосу обороны противника и овладеть сильно укрепленными опорными пунктами: Рабочими поселками № 2 и 8, рощей "Круглая". Второй эшелон в составе пяти стрелковых дивизий (18-я, 191-я, 71-я, 11-я и 239-я) имелось в виду использовать для развития наступления до соединения с войсками Ленинградского фронта и занятия фронтом на юге рубежа в районе Синявина. В резерве находились 147-я стрелковая дивизия, 12, 13-я лыжные стрелковые бригады.

В полосе наступления фронта было сосредоточено 2885 орудий и минометов калибра 76 мм и выше: из них 2100 орудий и минометов находилось во 2-й Ударной армии [79], т. е. в среднем 160 орудий и минометов на один километр участка прорыва. Однако плотности артиллерии в зависимости от важности тактических направлений были разные. Например, на участке перед рощей "Круглая" на 1 км приходилось 360 орудий и минометов.

Из четырех танковых бригад две действовали в составе первого эшелона армии. Основная масса танков направлялась на усиление ее левофланговых дивизий, и их плотность здесь достигала 22 единицы на один километр фронта.

Вспомогательный удар с целью обеспечения левого фланга 2-й Ударной армии должна была наносить 8-я армия под командованием генерал-майора Ф. Н. Старикова. По решению командарма на 6-километровом участке (Гайтолово, Мишкино) наступали: в первом эшелоне 80-я стрелковая дивизия, которой командовал полковник Н. В. Симонов, усиленная танковым полком, и 73-я морская стрелковая бригада под командованием полковника И. Н. Бураковского, усиленная танковым батальоном; во втором эшелоне была 364-я стрелковая дивизия, которой командовал генерал-майор Ф. Я. Соловьев. Первый эшелон должен был прорвать оборону противника и овладеть его опорными пунктами в Тортолово и Мишкино, в последующем развивать наступление в юго-западном направлении и овладеть рубежом р. Черная — пос. 1-й Эстонский — Славянка и прочно закрепить его за собой. После этого имелось в виду ввести в сражение 364-ю стрелковую дивизию с задачей выйти на рубеж р. Мойки и создать жесткую оборону. На участке прорыва артиллерийская группировка должна была обеспечить плотность до 100 орудий и минометов на один километр фронта. Однако средняя плотность по танкам не превышала 7 единиц.

С воздуха ударная группировка фронта обеспечивалась 14-й воздушной армией под командованием генерал-майора авиации И. П. Журавлева. Она насчитывала около 400 самолетов (35 бомбардировщиков, 174 штурмовика, 163 истребителя и 23 разведчика) [80]. Значительное количество штурмовиков позволяло наносить мощные удары по опорным пунктам противника, а также организовывать эффективную поддержку на поле боя. На левом берегу Невы стояла изготовившаяся к наступлению 67-я армия Ленинградского фронта под командованием генерал-майора М. П. Духанова. Она переходила в наступление одновременно с ударной группировкой Волховского фронта. Войскам 67-й армии предстояло преодолеть под вражеским огнем открытую, почти 900-метровую заснеженную гладь Невы, взобраться на крутой, усеянный огневыми точками берег, который, как выяснилось потом, гитлеровцы в течение месяца поливали водой, и двинуться навстречу 2-й Ударной армии. Это была трудная и сложная задача, но войска 67-й армии к ее решению были готовы.

Подготовка к предстоящим боям с учетом накопленного опыта началась сразу после окончания второй Синявинской операции. Командование Волховского фронта и его личный состав прекрасно понимали, что задача прорыва блокады Ленинграда ими не решена, и поэтому считали своей обязанностью всесторонне готовиться к ее выполнению.

Командующий фронтом, опираясь на свой штаб, который в это время возглавлял генерал-лейтенант М. Н. Шарохин, организовывал и лично проводил занятия и военные игры с руководящим составом полевого управления фронта и армий, командирами дивизий и полков, а также учения с войсками. Большая работа была проделана штабами по обобщению боевого опыта ведения наступления в условиях лесисто-болотистой местности и суровой многоснежной зимы. Проводимые мероприятия анализировались не только командующим фронтом, но и командующими армиями, командирами дивизий и частей.

Впервые фронт по-настоящему готовил артиллерийское наступление, которое включало артиллерийскую подготовку продолжительностью 1 час. 45 мин., поддержку атаки пехоты и танков огневым валом на глубину до 1 км, сопровождение наступления пехоты и танков на всю глубину последовательными сосредоточениями огня. Для уничтожения огневых средств и разрушения дерево-земляных сооружений в период артиллерийской подготовки выделялось до 300 орудий для стрельбы прямой наводкой.

Также впервые со всей тщательностью готовилось авиационное наступление. В нем предусматривались: предварительная авиационная подготовка в ночь перед началом наступления с целью поражения артиллерийских группировок противника и его пунктов управления; непосредственная авиационная подготовка, проведенная одновременно с артиллерийской и с задачами подавления артиллерии, резервов и огневых средств в глубине опорных пунктов и узлов сопротивления врага; действия по поддержке наступления пехоты и танков, главным образом 2-й Ударной армии. Кроме того, предусматривались во взаимодействии с 13-й воздушной армией Ленинградского фронта и ВВС Краснознаменного Балтийского флота удары по аэродромам противника и, во взаимодействии с зенитной артиллерией, прикрытие войск от вражеской авиации.

По-новому решались вопросы организации управления войсками. На базе передового КП фронта в районе Горки (севернее Войбокало) к началу декабря 1942 г. был развернут основной КП фронта. В районе Неболчи расположился второй эшелон управления фронта. Здесь же и в районе Малой Вишеры сохранялись запасные КП. Система пунктов управления была приближена к войскам 2-й Ударной и 8-й армий, а в армиях — к дивизиям первого эшелона.

При завершении подготовки операции в начале января 1943 г. состоялась встреча военных советов Ленинградского и Волховского фронтов. На ней были окончательно отработаны и уточнены все вопросы: взаимодействие войск фронтов в операции, одновременность занятия исходного положения, начало артиллерийской и авиационной подготовок, время атаки пехоты и танков, рубеж встречи войск обоих фронтов, условная линия встречи (Рабочие поселки № 2 и 6 [81]), характер их действий после встречи при повороте на юг для удара через Синявино и последующего выхода на среднее течение р. Мойки. Были установлены сигналы взаимного опознавания при встрече, было условлено, что если войска одного из фронтов, выйдя на намеченный рубеж, не встретят войска другого фронта, то они продолжают наступление до фактической встречи.

Операция "Искра" должна была начаться 12 января, т. е. в самый благоприятный момент, когда Советская Армия приступила к окончательному уничтожению окруженной под Сталинградом крупной немецко-фашистской группировки. Успешно развивалось контрнаступление и на Северном Кавказе. Осуществлялись и готовились другие операции на юго-западном и центральном направлениях советско-германского фронта.

К этому времени 18-я армия противника, придавая особо важное значение шлиссельбургско-синявинскому выступу в блокаде Ленинграда, выделила на его оборону около пяти полностью укомплектованных дивизий из 26, имеющихся в армии, почти 700 орудий и минометов, в том числе шестиствольные, до 50 танков и штурмовых орудий и другие средства усиления [82]. Плотность войск и огня значительно превышала все принятые в германской армии нормы для обороны. Дивизии оборонялись на фронте 5-6 км. Для обеспечения обороны выступа враг мог использовать основные силы 1-го воздушного флота.

При оценке противника командование Волховского фронта учитывало, что он уже в первый день наступления может перебросить и ввести одну-две дивизии из резерва 18-й армии, а также отдельные части и подразделения из дивизий, обороняющихся вблизи выступа. Наращивание сил могло произойти и в последующие дни.

Выступ был всесторонне подготовлен к обороне в инженерном отношении и представлял собой полевой укрепленный район, основу которого составляли опорные пункты и узлы сопротивления, созданные в районах, доступных для ведения наступления и господствующих над прилегающей болотисто-торфяной местностью. Помимо системы траншей и ходов сообщений, они оборудовались дерево-земляными сооружениями для пулеметов и орудий, деревянными площадками для артиллерии и минометов. Между опорными пунктами и узлами сопротивления на труднодоступной местности для ведения наступления противник имел одну-две траншеи; все пространство находилось под фланговым огнем соседних опорных пунктов и узлов сопротивления, все подступы к обороне плотно минировались.

В глубине выступа также были подготовлены опорные пункты и узлы сопротивления, причем многие из них занимали войска. Наиболее сильно в глубине была укреплена полоса, проходившая по линии Синявино, Рабочий поселок № 1. Она состояла из двух траншей: одна была подготовлена для обороны с запада, другая — с востока.

На особо важном участке обороны в районе рощи "Круглая" гитлеровцы создали два дерево-земляных вала шириной 1-2 м и высотой 1,5 м [83]. В них были проделаны амбразуры для пулеметов и орудий. С наступлением морозов немецко-фашистские войска облили эти валы водой. Обледенев, они стали труднопреодолимыми.

Все особенности обороны противника на каждом участке наступающих дивизий были учтены при обучении войск. В большинстве дивизий 2-й Ударной армии, в дивизиях и стрелковой бригаде 8-й армии были созданы учебные полигоны, на которых воспроизводились участки обороны врага. Особенно искусно эта работа проводилась в 327-й стрелковой дивизии.

Много было сделано по материальному и техническому обеспечению операции. В войсках было накоплено от 2 до 5 боекомплектов боеприпасов в зависимости от систем орудий и минометов. Подвозились горюче-смазочные материалы, продовольствие и фураж.

Большая работа была осуществлена по инженерному обеспечению действий войск в операции. Надо было в условиях зимних холодов при недостатке дорог обеспечить скрытное расположение крупных группировок в исходных районах и успешный прорыв сильной вражеской обороны. Для этого было построено 20 км колонных путей в войсковом тылу, усилены мосты и построены новые, сделаны проходы в минных полях (по одному на роту), созданы штурмовые группы и группы разграждения [84].

Одновременно проводились и другие мероприятия по подготовке операции. Организовывалась дополнительная разведка противника, уточнялись расположение его войск и система огня. Войска, предназначенные для осуществления прорыва, доукомплектовывались личным составом и вооружением. Совершенствовалась система базирования и расположения органов и учреждений тыла. Осуществлялись мероприятия по оперативной маскировке и достижению внезапности нашего наступления.

Военные советы фронта и армий и политорганы развернули огромную партийно-политическую работу среди личного состава войск, которая проводилась под лозунгом "Пробьем дорогу на Ленинград и освободим его от вражеской блокады!". Много внимания было уделено росту партийных и комсомольских рядов за счет отличившихся в боях воинов. Только во 2-й Ударной армии в декабре 1942 г. количество членов и кандидатов в члены партии увеличилось на 2048 человек [85].

Политорганы, партийные и комсомольские организации, применяя все формы партийно-политической работы, настойчиво укрепляли политико-моральное состояние войск фронта, их готовность к выполнению предстоящих боевых задач. В этих целях в декабре 1942 г. — начале января 1943 г. весьма эффективно были использованы материалы о начавшемся контрнаступлении под Сталинградом и на Северном Кавказе.

В канун наступления к воинам 2-й Ударной и 67-й армий Волховского и Ленинградского фронтов с горячим призывом быстрее снять вражескую блокаду с Ленинграда обратились коллективы заводов города: имени Карла Маркса, ордена Ленина "Большевик", имени И. В. Сталина, имени Г. К. Орджоникидзе и др. [86]

Воины 2-й Ударной армии в ответном письме заверили трудящихся Ленинграда в том, что они свято выполнят их наказ [87].

Перед наступлением в частях и соединениях были зачитаны приказы — обращения военных советов фронтов, в которых звучал призыв к самоотверженному и полному выполнению стоящих в операции задач. Советские воины дали клятву с честью оправдать оказанное им доверие.

В соответствии с планом операции войска 2-й Ударной и 8-й армий Волховского фронта в ночь на 11 января заняли исходное положение для наступления. Авиация 14-й воздушной армии во взаимодействии с 13-й воздушной армией Ленинградского фронта и ВВС Краснознаменного Балтийского флота в ночь на 12 января провели предварительную авиационную подготовку.

В 9 час. 30 мин. 12 января 1943 г. около 2700 орудий и минометов Волховского фронта одновременно с Ленинградским начали артиллерийскую подготовку. В ходе ее штурмовые группы и инженерные войска приступили к проделыванию проходов в заграждениях противника перед его передним краем обороны.

Через 1 час 45 мин. под прикрытием огневого вала на всем участке, намеченном для прорыва обороны, войска первого эшелона 2-й Ударной и 8-й армий атаковали противника и по проделанным проходам преодолели зону его заграждений. Но продвижение атакующих войск было медленным и неравномерным. Враг, несмотря на, казалось бы, мощную артподготовку, сохранил немало огневых средств и живой силы для оказания серьезного противодействия наступлению волховчан. Это объясняется тем, что в артподготовке участвовало большое количество 76-мм орудий и 82-мм минометов, которые не могли оказать эффективного воздействия на прочные дерево-земляные сооружения.

Потребовалось дополнительно вести огонь по сохранившимся огневым средствам противника как массированным сосредоточением его, так и применением орудий прямой наводки, на что было затрачено много времени. Противник продолжал упорное сопротивление, особенно в опорных пунктах Липка, Рабочий поселок № 8, роща "Круглая" и Гайтолово. Однако благодаря решительным и самоотверженным действиям войск 2-й Ударной армии упорство врага было сломлено. В первый день серьезного успеха достигла 327-я стрелковая дивизия, она овладела рощей "Круглая", где гитлеровцы оставили свыше тысячи трупов из хваленого 366-го полка 227-й пехотной дивизии, которым командовал подполковник Венглер, получивший от Гитлера за оборону этой рощи чин полковника и "рыцарский железный крест" [88]. Другие дивизии охватили с флангов опорные пункты Липки, Рабочий поселок № 8, Гайтолово.

Значительных успехов достигли и войска 67-й армии Ленинградского фронта. В первый день им удалось преодолеть заграждения на обрывистом обледеневшем южном берегу Невы между 2-м Городком и Шлиссельбургом и вклиниться в оборону врага на глубину до 3 км.

Во второй и третий дни в сражение были введены дивизии второго эшелона 2-й Ударной армии. Однако усилилось и вражеское сопротивление. В ночь на 14 января противник перебросил сюда из резерва 61-ю пехотную дивизию и полк 69-й пехотной дивизии из района Киришей. Предпринятые ими контратаки были отбиты совместными усилиями пехоты, артиллерии, танков и авиации. Три дивизии (372, 18 и 256-я) вышли севернее Синявина на линию Рабочих поселков № 4 и 5. При поддержке 98-й танковой бригады 18-я стрелковая дивизия начала бой за Рабочий поселок № 5, к которому с запада подходила 136-я стрелковая дивизия 67-й армии Ленинградского фронта.

К исходу 14 января войска Волховского и Ленинградского фронтов находились уже в двух километрах друг от друга. Части противника, оборонявшие Липка и Шлиссельбург, оказались, по существу, изолированными от остальных своих сил, действовавших в районах 1-го и 2-го Городков; Синявина и в лесу юго-восточнее от него.

В последующие дни, с 15 по 17 января, войска 2-й Ударной и 67-й армий, отбивая у гитлеровцев отдельные пункты, настойчиво продвигались навстречу друг другу. Одновременно они пытались расширить прорыв в сторону флангов. Так, во 2-й Ударной армии 128-я стрелковая дивизия и 12-я лыжно-стрелковая бригада, которая совершила смелый обходной маневр по Ладожскому озеру в тыл врага, оборонявшего Липки, завершили окружение частей гитлеровских войск, а затем и уничтожили их. 372-я стрелковая дивизия при поддержке 122-й танковой бригады 15 января овладела Рабочим поселком № 8. Гарнизон врага, не пожелавший сдаться, был полностью уничтожен. К 17 января дивизия вышла на подступы к Рабочему поселку № 1. К этому времени была освобождена станция Синявино, что значительно Ухудшило положение фашистов в районе Рабочего поселка № 5.

16 января командующий Волховским фронтом отдал приказ 2-й Ударной армии соединиться с войсками Ленинградского фронта в направлении Рабочего поселка № 5 [89].

17 января и с утра 18 января особенно ожесточенные бои происходили за Рабочие поселки № 1 и 5, образующие коридор между 2-й Ударной и 67-й армиями, который противник использовал для связи с группировкой, оставшейся на побережье Ладожского озера. Гитлеровцы дрались с отчаянием смертников. Однако их положение становилось все более безнадежным. К концу дня 17 января 18-я стрелковая дивизия при поддержке 16-й танковой бригады достигла окраины Рабочего поселка № 5 и борьба уже пошла за каждый дом, каждую огневую точку.

Стремясь всеми мерами остановить продвижение советских войск, командование 18-й немецкой армии поспешно перебрасывало отдельные подразделения и части, вводило их с ходу в бой. Командующий армией генерал Г. Линдеман вынужден был отдать приказ о том, чтобы каждая дивизия армии выделила для закрытия прорыва по одному пехотному батальону или артиллерийской батарее. Но и это не могло спасти противника от разгрома. Неся огромные потери, враг терял одну позицию за другой. Блокада Ленинграда прорвана. Встреча воинов Волховского и Ленинградского фронтов в районе Рабочего поселка № 1. (18 января 1943 г.)

Рано утром 18 января отрезанные от основных сил вражеские группировки, действовавшие на южном берегу Ладожского озера, пытались прорваться на юг по узкому, двухкилометровому коридору через Рабочие поселки № 1 и 5. Но уже было поздно. 136-я стрелковая дивизия и 61-я танковая бригада Ленинградского фронта ворвались в Рабочий поселок № 5 с запада. В полдень они соединились с действовавшими здесь частями 18-й стрелковой дивизии 2-й Ударной армии. Примерно в это же время в районе Рабочего поселка № 1 части 372-й стрелковой дивизии 2-й Ударной армии соединились с частями 123-й стрелковой бригады 67-й армии Ленинградского фронта. К концу дня южное побережье Ладожского озера было полностью очищено от немецко-фашистских войск. Часть их была уничтожена, остальные пленены.

Таким образом, 18 января 1943 г. блокада Ленинграда на суше была прорвана. Эта победа Советских Вооруженных Сил относится к числу выдающихся событий Великой Отечественной войны. Ее военно-политическое значение состоит прежде всего в том, что было разорвано железное кольцо, которым немецко-фашистские варвары пытались задушить славных защитников Ленинграда, чтобы овладеть колыбелью Великой Октябрьской социалистической революции. Для врага становилось очевидным, что одна из главных целей наступления на советско-германском фронте — захват города Ленина — превращается во все более недосягаемую цель [90].

В ходе прорыва блокады Ленинграда советские войска нанесли врагу существенный урон. Были разгромлены 170, 227, 96 и 61-я пехотные дивизии. Большие потери понесли 1-я пехотная и 5-я горнострелковая дивизии. Враг был отброшен от Ладожского озера к югу на 8-10 км.

В результате прорыва блокады Ленинграда была налажена его сухопутная связь со страной. В соответствии с Постановлением Государственного Комитета Обороны СССР от 18 января 1943 г. в необычайно короткие сроки — с 21 января до 5 февраля 1943 г. — от населенного пункта Поляна до Шлиссельбурга протяженностью в 36 км была проложена железнодорожная линия [91], по которой на Ленинград прошло в феврале 69 поездов, в апреле — 157, в июле — 369, в декабре — 407 поездов [92]. Одновременно параллельно железнодорожной линии была построена автомобильная магистраль, на Неве инженерно-саперные части соорудили свайно-ледяную переправу, по которой без задержки шли железнодорожные эшелоны и автотранспорт. В еще более широком масштабе развернулись перевозки по ледовой трассе. В Ленинград усилилась подача электроэнергии, пошли трамваи, в городе появились вода и свет. Были значительно увеличены нормы выдачи хлеба и других продуктов. Все это коренным образом улучшило положение не только города, но и войск Ленинградского фронта, а также Краснознаменного Балтийского флота.

Наша победа под Ленинградом была одержана благодаря всесторонней помощи защитникам города всего советского народа, вдохновляемого и организуемого на великие дела и подвиги Коммунистической партией.

В борьбе за Ленинград наши Вооруженные Силы продемонстрировали превосходство советского военного искусства над стратегией и тактикой фашистского вермахта. Под Ленинградом в первые в Великой Отечественной войне был получен опыт прорыва сильно укрепленной позиционной обороны противника. Это было обеспечено тщательной его подготовкой, мощными ударами по врагу артиллерией и авиацией, тесным взаимодействием войск, а также массовым героизмом советских воинов.

Воины Волховского фронта гордились тем, что и они внесли свой достойный вклад в защиту Ленинграда и спасение жизни многих тысяч ленинградцев, приняли участие в срыве зловещих планов врага.

Хотя прорыв блокады коренным образом улучшил положение города и его защитников, Ленинград оставался прифронтовым городом. Противник продолжал подвергать его артиллерийским обстрелам. Ленинградцы и войска испытывали еще большую нужду во всем необходимом для жизни и боя, прежде всего в продовольствии.

Серьезную озабоченность вызывало и то, что в результате прорыва блокады между Ладожским озером и Синявинскими высотами был создан лишь узкий коридор шириной 8-10 км. Это позволяло вражескому командованию с Синявинских высот в ясные дни не только наблюдать за движением по вновь построенным железной и шоссейной дорогам, но и вести по ним прицельный артиллерийской огонь, наблюдать и корректировать авиационные удары. Противник, владея этими высотами, угрожал новым выходом к Ладожскому озеру и новой блокадой города. О реальности такой угрозы свидетельствовал тот факт, что, несмотря на крупнейшие поражения под Сталинградом, на Северном Кавказе и на всем юго-западном направлении, немецко-фашистское командование продолжало усиливать группу армий "Север", особенно ее 18-ю армию. Но, стягивая силы в район Синявина, вражеское командование значительно ослабило фланги всей мгинско-синявинской группировки [93].

Ставка Верховного Главнокомандования, командование Ленинградского и Волховского фронтов учитывали это. Они принимали все необходимые меры по укреплению обороны коридора вдоль Ладожского озера, усиливали борьбу с артиллерией и авиацией врага, готовились к тому, чтобы нанести по нему новые удары.

Для улучшения положения под Ленинградом и снятия угрозы нового выхода вражеских войск к ладожскому озеру войска Ленинградского и Волховского фронтов в начале февраля наряду с фронтальными ударами 67-й и 2-й Ударной армий в районе Синявина должны были организовать к 8 февраля удары по флангам мгинско-синявинской группировки. Волховский фронт силами шести дивизий с соответствующими средствами усиления имел задачу прорвать фронт противника в районе Макарьевская Пустынь, Смердыня, Кородыня и нанести удар в направлении Васькины Нивы, Шапки с целью выхода в тыл мгинско-синявинской группировки немецко-фашистских войск с востока. Ленинградскому фронту надлежало нанести удар в направлении Мги с целью выхода в тыл этой же группировки противника с запада. Для выполнения этих задач Волховский фронт привлекал 54-ю армию, а Ленинградский — 55-ю армию [94].

Задачи, стоящие перед Волховским и Ленинградским фронтами, являлись частью стратегического наступления, организуемого советским командованием на северо-западном стратегическом направлении с целью разгрома группы армий "Север", окончательного снятия блокады Ленинграда, освобождения всей Ленинградской области и создания благоприятных предпосылок для освобождения Советской Прибалтики.

Кроме Ленинградского и Волховского фронтов в намечаемом наступлении должны были участвовать войска Северо-Западного фронта и специально созданная Особая группа под командованием генерал-лейтенанта М. С. Хозина (1-я танковая и 68-я армии и Резервная группа), которой отводилась главная роль. Особая группа, сосредоточившись к исходу 18 февраля 1943 г. в районе Рыто, Никулино-2, Курско, Большой Остров, должна была быть готова с утра следующего дня войти в прорыв на участке Ходыки, Случино, с тем чтобы, нанеся удар в северо-западном направлении, выйти в район Луга, Струги Красные, Порхов, Дно, отрезать коммуникации основных сил группы армий "Север" и не допустить подхода частей противника на помощь его демянской и ленинградско-волховской группировкам. Войска этой группы должны были освободить Псков [95].

В ходе наступления после освобождения Северо-Западным фронтом Старой Руссы имелось в виду его 27-ю армию переподчинить командующему Особой группой для удара на Лугу совместно с 68-й армией. Одновременно часть сил 27-й армии командование Особой группы должно было направить на освобождение Новгорода совместно с войсками 52-й армии Волховского фронта. После захвата района Луга, Струги Красные Особой группе предписывалось частью сил овладеть районом Кингисепп, Нарва и отрезать пути противника, ведущие в Эстонию, а основными силами совместно с Волховским и Ленинградским фронтами окружить и уничтожить волховскую и ленинградскую группировки противника.

В соответствии с директивными указаниями Ставки и решениями командующих фронтами 54-я армия Волховского фронта и 55-я армия Ленинградского фронта 10 февраля 1943 г. перешли в наступление.

Войска 54-й армии, ведя боевые действия в условиях сильного вражеского сопротивления и глубокого снежного покрова, за три дня прорвали оборону противника на фронте в 5 км и углубились в нее на 3-4 км. За это время противник значительно усилил свою группировку войск. К концу февраля перед армией оборонялись уже не одна, а четыре дивизии, в том числе 96, 121-я пехотные, снятые с синявинского направления [96].

55-я армия, наступая в западном направлении, также имела некоторый успех, хотя и здесь противник дополнительно ввел в бой новые силы. С 13 февраля против армии, кроме 250-й пехотной дивизии, начали действовать основные силы дивизии СС "Полицай" и полк 215-й пехотной дивизии, переброшенные из-под Урицка, 24-я пехотная дивизия и полк 212-й дивизии, прибывшие из района Чудова, отдельные части 11, 21, 227-й пехотных дивизий, снятые с синявинских позиций [97]. Таким образом, синявинская группировка противника оказалась ослабленной на пять дивизий.

Воспользовавшись этим, 12 февраля 1943 г. перешли в наступление 2-я Ударная и 67-я армии. Они нанесли серьезное поражение 21-й и 28-й пехотным дивизиям, 18 февраля вышли в район Арбузова, выровняли линию фронта западнее Синявина и срезали выступ обороны противника, наиболее близко подходивший к Шлиссельбургу [98]. В результате этого враг был лишен возможности наносить фланговые удары по нашим войскам, наступавшим в районе Синявина.

Однако уничтожить синявинско-мгинскую группировку советским войскам не удалось. Главной причиной тому было упорнейшее вражеское сопротивление. Отрицательно сказались и некоторые недостатки, которые имелись в организации и ведении операции. Осложняли наступление лесисто-болотистая местность, бездорожье, а также рано начавшаяся оттепель. Основным же недочетом этого наступления являлось то, что 2-я Ударная и 67-я армии действовали порознь, распыляли силы и поэтому несли неоправданные потери. Учитывая возросшее вражеское сопротивление и большие потери, понесенные нашими войсками, Волховский и Ленинградский фронты вынуждены были временно прекратить наступление и приступить к подготовке новой наступательной операции [99]. Общее стратегическое наступление на северо-западном направлении отменялось. Особая группа войск генерала М. С. Хозина расформировывалась.

В новой наступательной операции перед Волховским фронтом стояла задача силами десяти стрелковых дивизий и четырех стрелковых бригад с соответствующими средствами усиления прорвать оборону противника на фронте Вороново, Лодва и овладеть районом Сологубовка, Муя, перерезать в этом районе грунтовые коммуникации противника. В последующем фронт должен был, развивая удар в тыл мгинско-синявинской группировки, соединиться в районе Войтолова с войсками Ленинградского фронта, с тем, чтобы двинуться на север в район Мги, окружить мгинско-синявинскую группировку противника, уничтожить или пленить ее. На фронте 2-й Ударной армии было приказано временно перейти к обороне. Ленинградский фронт был обязан прорвать оборону противника на участке Красный Бор, поселок Песчанка, нанести удар в направлении Ульяновки, овладеть железнодорожным узлом Саблино с последующим развитием наступления на Войтолово, соединиться с войсками Волховского фронта и совместно с ним окружить, уничтожить или пленить мгинско-синявинскую группировку противника. На фронте 67-й армии было приказано временно перейти к обороне.

Удары фронтов приходились по флангам вражеской группировки. Начало операции было назначено на 14 марта 1943 г. и завершить ее планировалось не позднее 25 марта [100].

Организация взаимодействия между фронтами и координация их действий в ходе операций возлагались на представителя Ставки Верховного Главнокомандования Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова.

Решением командующего войсками Волховского фронта для выполнения поставленной задачи выделялась 8-я армия в составе девяти стрелковых дивизий, двух стрелковых и двух танковых бригад, четырех танковых полков, всей артиллерии усиления, которой располагал фронт, и других частей, приданных на усиление. В своем резерве командующий имел стрелковую дивизию и две стрелковые бригады.

Перед фронтом 8-й армии оборонялись части 1, 223-й пехотных и 285-й охранной дивизии, две из них — на участке прорыва Вороново-Лодва. В соответствии с указаниями командующего фронтом командующий 8-й армией генерал-майор Ф. Н. Стариков построил войска ударной группировки в два эшелона. В первом было пять стрелковых дивизий (286, 256, 378, 374 и 265-я), четыре танковых полка (35, 25, 33 и 50-й), приданные соответственно первым четырем дивизиям, и вся артиллерия усиления. Во втором — три стрелковые дивизии (239, 64-я гвардейская и 364-я) и две танковые бригады (122, 185-я). К северу от участка прорыва на фронте от Воронова до Гайтолова оборонялись 372-я стрелковая дивизия и 58-я стрелковая бригада.

Под руководством начальника штаба фронта генерал-майора Ф. П. Озерова штаб 8-й армии (начальник штаба полковник Б. М. Головчинер) тщательно спланировал подготовку и ведение операции. Однако лесисто-болотистая местность в весенних условиях, отсутствие дорог, неполнота разведывательных данных о противнике, особенно о расположении его огневых средств в глубине первой полосы обороны, создавали определенные трудности в планировании применения артиллерии, танков и авиации. Большие осложнения встретились с организацией подвоза боеприпасов и других материальных средств, а также в создании нужной группировки войск. Все это привело к тому, что начало наступления пришлось перенести с 8 на 19 марта [101].

Наступление войск 8-й армии началось проведением артиллерийской подготовки продолжительностью 2 час. 15 мин. За три дня войскам удалось прорвать передний край обороны противника на фронте 7 км и продвинуться вперед от 3 до 4 км. Подвижный отряд в составе 191-го гвардейского стрелкового полка 64-й гвардейской стрелковой дивизии и танкового батальона 122-й танковой бригады под командованием майора Рудько прорвался к железной дороге Мга-Кириши восточнее платформы Турышкино. Но противник, почувствовав нависшую опасность, перебросил к наметившемуся участку прорыва два полка 11-й пехотной дивизии, полностью 21, 121-ю пехотные дивизии [102]. Неблагоприятная погода не позволила использовать авиацию фронта для борьбы с подходящими резервами и решения других боевых задач. Наступление приняло затяжной характер.

Командованием фронта 1 апреля были введены в сражение из резерва 14-я стрелковая дивизия и 1-я отдельная стрелковая бригада, которые вместе с 64-й гвардейской стрелковой дивизией должны были овладеть карбусельским узлом сопротивления врага и этим создать условия для развития наступления всей ударной группировки армии. Однако возросшее сопротивление немецко-фашистских войск преодолеть не удалось.

Учитывая сложившуюся обстановку на Волховском и Ленинградском фронтах, а также начавшуюся весеннюю распутицу, 2 апреля 1943 г. было принято решение о прекращении наступления [103]. Одновременно фронтам была поставлена задача закрепиться на достигнутых рубежах и подготовить сильную глубокоэшелонированную оборону в главной оборонительной полосе и на основных направлениях второй оборонительной полосы. Создание прочной обороны позволило 8-й армии успешно отразить последовавшие с 11 апреля неоднократные атаки превосходящих сил противника, в том числе только что введенных в сражение 5-й егерской горнострелковой и 69-й пехотной дивизий [104].

Противник не терял надежды вновь восстановить блокаду Ленинграда. 10 мая 1943 г. он предпринял наступление силами 212-й пехотной дивизии, которое было сорвано нашими войсками [105]. В этой связи Ленинградский и Волховский фронты, учитывая имеющиеся данные о группировке противника и о его стремлении снова предпринять попытку прорыва его войск из района Мги к Ладожскому озеру, должны были переместить позиции артиллерии и огневые средства пехоты, которые принимали участие в бою 10 мая, с тем, чтобы противник не смог подвергнуть их удару, прежде всего авиацией [106]. Эти указания в войсках были быстро выполнены.

В течение второй половины мая и в июне 1943 г., когда немецко-фашистское командование готовило наступление на Курской дуге, на северо-западном направлении его войска активности не проявляли. Однако усиление мгинского направления не прекращалось.

Войска Волховского фронта в это время совершенствовали оборону, насыщали ее дзотами, различного рода заграждениями. На важнейших направлениях были созданы батальонные узлы сопротивления с сооружениями повышенной прочности, позволяющими иметь высокие плотности огневых средств. Одновременно строились дороги для маневра войсками и средствами в обороне и для создания наступательных группировок и ведения наступления.

Наряду с совершенствованием обороны Волховский фронт сковывал и "перемалывал" силы врага с целью срыва его возможного наступления к Ладожскому озеру и недопущения переброски его сил с северо-западного направления. Важным мероприятием явилась разработка плана массированного применения артиллерии и авиации на различных участках фронта, с тем, чтобы враг воспринимал эти удары как начало операции фронтового или местного значения. Маршал Советского Союза К. А. Мерецков впоследствии считал это длительным артиллерийско-авиационным наступлением в условиях собственной и вражеской стабильной обороны. Офицеры штаба в шутку назвали эти мероприятия "мельницей" [107]. Длительные артиллерийские и авиационные удары, безусловно, наносили противнику немалый урон и держали его в постоянном напряжении. В этот период в войсках фронта наиболее широко развернулось снайперское движение, причем не только стрелков, но и минометчиков и артиллеристов.

Проводя многие мероприятия по совершенствованию и повышению активности обороны, войска фронта настойчиво готовились к новому наступлению. Соединения поочередно выводились в резерв и второй эшелон, где отрабатывали вопросы ведения наступления в обстановке, максимально приближенной к действительной.

К началу июля 1943 г., когда противник завершал подготовку наступления на Курской дуге, стало известно, что группа армий "Север" также готовится к наступлению из района Мги с задачей вновь выйти к Ладожскому озеру и восстановить блокаду Ленинграда [108].

Для срыва готовящегося наступления противника и сковывания его сил Волховский и Ленинградский фронты должны были провести наступательные операции в направлении Мги. Причем в основу замысла было положено, как это было и ранее, нанесение фронтами встречных ударов по флангам мгинско-синявинской группировки врага с целью ее окружения и уничтожения. Для выполнения этой задачи Волховский фронт привлек 8-ю армию, перед которой оборонялись 290, 1, 5 егерская горнострелковая, 69 и 212-я пехотные дивизии. В резерве в районе Мги противник имел 58-ю пехотную дивизию.

Главный удар 8-я армия осуществляла из района Воронова на Славянку, пос. Михайловский и далее на Мгу — навстречу удару, наносимому с севера силами 55-й и 67-й армий Ленинградского фронта. Вспомогательный удар планировалось нанести в направлении Карбусель, Турышкино с целью обеспечения левого фланга ударной группировки армии [109].

Ближайшая задача армии заключалась в том, чтобы разгромить противника, оборонявшегося в районе Тортолово, пос. Михайловский, пос. 1-й Эстонский, и выйти на рубеж Тортолово, пос. Михайловский, р. Мойка, Стасово, Карбусель. В дальнейшем армия должна была развивать наступление на Мгу, а частью сил (не менее двух дивизий и танковой бригады) — на Синявино, навстречу наступавшим с запада войскам 67-й армии Ленинградского фронта.

В связи с необходимостью прорыва глубокой вражеской обороны войска армии были построены в два эшелона: в первом — четыре стрелковые дивизии (184, 378, 256 и 364-я), каждая из них усиливалась танковым полком; во втором — также четыре стрелковые дивизии (379, 239, 165 и 374-я) и две танковые бригады. Резерв составляли 286-я стрелковая дивизия и 58-я стрелковая бригада. Прорыв подготавливался на участке 13,6 км.

Наши войска превосходили немецко-фашистские в живой силе в 2,3 раза, в минометах — в 5,1 раза, в орудиях калибра 76 мм и выше — в 1,5 раза и в танках в 3,4 раза [110].

При подготовке операции особое внимание командование и штабы фронта и армий уделяли планированию артиллерийского наступления. Для этого принимались все меры к дополнительной разведке огневых средств врага, его дзотов и других сооружений не только на переднем крае, но и в глубине. Уточнялось количество выделяемых орудий сопровождения и их задачи. Всесторонне рассматривались продолжительность и построение (график) артиллерийской подготовки. Причем было принято решение — период разрушения дзотов и укреплений начать 17 июля, т. е. за несколько дней до начала наступления. Скрупулезно рассчитывались артиллерийская поддержка атаки пехоты и танков и их артиллерийское сопровождение. На участках, где наши траншеи были удалены от переднего края противника на 700-800м, были созданы новые траншеи, расположенные в 200-300 м от вражеского переднего края. Там, где этого нельзя было сделать (мешали болота, огонь противника и т. д.), предусматривался вывод пехоты на рубеж атаки в ходе артиллерийской подготовки.

22 июля 1943 г. в 6 час. 35 мин. после артподготовки войска 8-й армии перешли в наступление [111]. Воины дивизий первого эшелона сразу ворвались в первые траншеи немецко-фашистских войск. Но в дальнейшем развернулись упорные бои. Враг оказывал ожесточенное сопротивление огнем и контратаками. Часть наших танков и орудий сопровождения застряла в болотах или была подбита. Активно действовала вражеская авиация. В конце июля были введены в сражение 379-я и 165-я стрелковые дивизии, сменившие 18-ю и 256-ю. Но и после этого наступление развивалось медленно. Приходилось в буквальном смысле слова прогрызать вражескую оборону. Однако в начале августа выявилось слабое место во вражеской обороне в районе Поречья. Сюда сдвигались основные усилия армии. В ночь на 11 августа были введены в бой отдохнувшие и пополненные 256-я и 374-я стрелковые дивизии (последняя из второго эшелона). С утра 12 августа наши войска при поддержке артиллерийско-минометного огня начали обходить Поречье с севера и юга. Особенно умело действовали части 256-й стрелковой дивизии. К исходу дня вражеское сопротивление было сломлено и сильный узел обороны противника в Поречье был занят советскими войсками. Но развить успех дальше не удалось, хотя командующий Волховским фронтом и ввел в сражение из резерва 311-ю стрелковую дивизию. Объяснялось это тем, что противник, почувствовав реальную угрозу прорыва советских войск, еще в первых числах августа снял из-под Ленинграда две пехотные дивизии (132, 254-я) и ввел их в бой в направлении Поречья [112].

Несмотря на недостаток боеприпасов, понесенные потери и усталость, войска настойчиво продолжали вести наступательные бои. Они знали, что на Курской дуге идет решающая битва и что их боевые действия являются необходимым вкладом в эту битву, в общее наступление советских войск.

В процессе операции войска фронтов привлекли на себя значительные оперативные резервы противника, нанесли ему тяжелые потери. Учитывая это, а также и то, что войска устали и понесли большие потери, фронтам пришлось прекратить дальнейшее наступление и перейти к жесткой обороне на всех участках. Вместе с этим они пополняли войска за счет ресурсов фронтов, создавали на главных направлениях резервы и готовили войска к наступлению [113].

В целом наступательные операции в феврале-марте и июле-августе, хотя и не достигли полностью своей цели, все же имели важное значение. Все планы врага по восстановлению блокады Ленинграда были сорваны. Более того, противник не смог использовать силы группы армий "Север" на других направлениях.

Войска, штабы, командование всех степеней показали возросшее боевое мастерство, навыки, умение и опыт ведения боевых действий в условиях лесисто-болотистой местности. Однако многие проблемы, связанные с необходимостью повышения эффективности применения артиллерии, танков, самоходно-артиллерийских установок, авиации и других средств, не были решены в должной мере, чем в значительной степени и объясняется затяжной характер наступательных операций [114].

Новгородско-Лужская операция

Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны, завершившийся в 1943 г., оказал прямое влияние на обстановку на северо-западном участке советско-германского фронта. Немецко-фашистская группа армий "Север", особенно после июльско-августовского наступления Волховского и Ленинградского фронтов в 1943 г., оказалась ослабленной и неспособной организовать крупное наступление на Ленинград. В связи с этим немецко-фашистские войска стали усиленно готовить оборону, названную непреодолимым "Северным валом". Перед Волховским и Ленинградским фронтами противник подготовил две полосы обороны в тактической зоне и несколько промежуточных оборонительных рубежей в оперативной глубине. Между Финским заливом и Чудским озером по р. Нарве, по западному берегу Чудского озера и далее, на линии Псков, Остров, Идрица и по р. Великой, противник спешно возводил тыловой оборонительный рубеж "Пантера".

В целом врагом была создана мощная оборона глубиной до 230-260 км. Ее основу составляли опорные пункты и узлы сопротивления, насыщенные большим количеством артиллерийских и пулеметных железобетонных, броневых и дерево-земляных огневых точек. Они оборудовались во всех населенных пунктах, в узлах дорог, на господствующих высотах, в рощах и имели развитую систему основных и отсечных позиций, прикрытых многослойным огнем, минновзрывными и проволочными заграждениями с широким применением лесных завалов. Наиболее сильно вражеская оборона была развита перед 59-й армией Волховского фронта и 42-й армией на Ленинградском фронте [115].

Главная полоса обороны противника глубиной от 4 до 6 км имела две позиции, оборудованные системой сплошных траншей и ходов сообщения. В пределах каждой позиции были созданы сильные опорные пункты и узлы сопротивления. На каждый километр первой позиции приходились от 8 до 12 дотов и дзотов, из них до 10% железобетонных. Передний край главной полосы был густо прикрыт минными полями и проволочными заграждениями. В 8-12 км от главной полосы обороны враг подготовил вторую оборонительную полосу, состоявшую из одной позиции и оборудованных в ее пределах отдельных опорных пунктов [116].

Перед войсками группы армий "Север" немецко-фашистское командование ставило задачу — прочно оборонять занимаемые позиции, продолжать блокаду Ленинграда и оккупацию области, любой ценой удерживать Прибалтику и порты на восточном побережье Балтийского моря, что, по его мнению, должно было обеспечить устойчивость всего левого крыла восточного фронта. Корабли немецкого флота, поддерживавшие группу армий "Север", вели ограниченные боевые действия и стремились к тому, чтобы не выпустить Краснознаменный Балтийский флот из восточной части Финского залива в Балтийское море [117].

Войска группы армий "Север" к началу января 1944 г. имели 40 дивизий и 3 бригады, в которых были 741 тыс. солдат и офицеров, свыше 10 тыс. орудий и минометов (без учета минометов калибра 51 мм, зенитных орудий и реактивных установок), 385 танков и штурмовых орудий и 370 боевых самолетов. Из них в 18-й армии, оборонявшейся непосредственно под Ленинградом, находились 19 дивизий и 3 бригады, которые насчитывали около 168 тыс. солдат и офицеров, 4,5 тыс. орудий и минометов (без учета минометов калибра 51 мм и зенитных орудий) и до 200 танков и штурмовых орудий. Остальные 21 дивизия и 1 бригада входили в 16-ю армию, оборонявшуюся перед войсками 2-го Прибалтийского фронта [118].

По замыслу Ставки Верховного Главнокомандования войска Волховского и Ленинградского фронтов вначале должны были разгромить 18-ю армию противника, а активными действиями 2-го Прибалтийского фронта сковать силы 16-й армии и оперативные резервы группы армий "Север". В последующем войска трех фронтов своим наступлением на нарвском, псковском и идрицком направлениях должны были разгромить 16-ю армию врага, завершить освобождение Ленинградской области и создать условия для изгнания гитлеровцев из Советской Прибалтики.

В составе Ленинградского, Волховского и 2-го Прибалтийского фронтов имелись 1252 тыс. человек (только в сухопутных войсках) , 20 183 орудия и миномета, 1580 танков и самоходно-артиллерийских установок и 1386 боевых самолетов (с учетом авиации дальнего действия и Ленинградской армии ПВО) [119].

В соответствии с замыслом Ставки Верховного Главнокомандования командующий Ленинградским фронтом генерал-полковник Л. А. Говоров решил нанести по врагу два встречных удара в общем направлении на Ропшу: с ораниенбаумского плацдарма силами 2-й Ударной армии, из района южнее Ленинграда — 42-й армии. Соединившись в районе Ропши, они должны были развивать наступление в двух направлениях: Кингисепп, Нарва и Красногвардейск, Луга.

67-я армия получила задачу активными действиями сковать силы врага на мгинском направлении и одновременно готовить удар в направлении Мга, Ульяновка, Красногвардейск, чтобы во взаимодействии с 8-й армией Волховского фронта окружить и уничтожить действовавшие в этом районе вражеские войска. 13-я воздушная армия, часть сил ВВС Краснознаменного Балтийского флота, авиации Ленинградской армии ПВО и дальнего действия имели задачу прикрывать наступление 2-й Ударной и 42-й армий [120].

Командующий Волховским фронтом принял решение нанести силами 59-й армии два удара по сходящимся направлениям в обход Новгорода: главный — с плацдарма на западном берегу Волхова, вспомогательный — из района юго-восточнее города через оз. Ильмень в общем направлении на Люболяды, разъезд Нащи, с тем, чтобы окружить и уничтожить новгородскую группировку противника. В последующем эта армия должна была развивать наступление в западном и юго-западном направлениях, перерезать пути отхода войск 18-й армии на юг и юго-запад и во взаимодействии с войсками Ленинградского фронта завершить разгром ее главных сил. На войска 8-й и 54-й армий были возложены задачи активными действиями воспретить переброску сил противника из-под Тосно, Любани, Чудова на ленинградское и новгородское направления, в дальнейшем освободить Октябрьскую железную дорогу на участке Тосно-Чудово и наступать в направлении Любань, Луга. 14-я воздушная армия основными силами должна была поддерживать 59-ю армию, наносившую главный удар фронта.

По решению командующего 2-м Прибалтийским фронтом генерал-полковника М. М. Попова его войска вначале должны были разгромить врага севернее Невеля, а затем, развивая наступление левым крылом на Идрицу и севернее Новосокольников, перерезать железные дороги, ведущие от этих пунктов соответственно на юг и север, сковать главные силы 16-й армии и не допустить переброски ее сил под Ленинград и Новгород. В последующем имелось в виду развернуть наступление на Опочку и Себеж [121].

На Волховском фронте успешно были решены вопросы, связанные с боевым использованием артиллерии, танков, авиации, инженерного, материального и технического обеспечения, широким фронтом проводилась боевая и политическая подготовка войск. Все фронты в декабре 1943 г. и начале января 1944 г. пополнились людьми, а также вооружением и боевой техникой. Ленинградский и Волховский фронты превосходили силы 18-й армии в личном составе более чем в 2 раза, более чем в 3 раза в артиллерии и в 6 раз в танках и САУ [122]. К началу наступления было подвезено боеприпасов от 1,7 до 2,8 боекомплектов. Инженерные войска провели большую работу по инженерному обеспечению [123].

К началу января 1944 г. Волховский фронт имел 3 общевойсковые армии (8, 54, 59-я), 22 дивизии, 6 стрелковых бригад, два укрепленных района, 4 танковые бригады, 14 танковых и самоходно-артиллерийских полков и батальонов, одну артиллерийскую дивизию, 5 артиллерийских и минометных бригад, 19 артиллерийских и минометных полков, две зенитные артиллерийские дивизии, 12 зенитных артиллерийских дивизионов и полков, 3 авиационные дивизии и необходимые инженерные силы и средства. Фронт имел 3633 орудия и миномета калибра 76 мм и выше, около 340 танков и САУ и 257 боевых самолетов (с учетом 73 истребителей и штурмовиков, прибывших в первые дни операции). Никогда до этого фронт не имел такого количества артиллерии, танков и самоходно-артиллерийских установок. Это явилось прямым результатом той огромной работы, которую провели труженики советского тыла под руководством Коммунистической партии по дальнейшему укреплению советской экономики.

Наибольшее усиление, естественно, получила 59-я армия. В ее состав были включены 9 стрелковых дивизий, одна стрелковая бригада, один укрепленный район и от 80 до 90% средств усиления. В армии имелось более 135 тыс. человек, более 2 тыс. орудий и минометов калибра 76 мм и выше, 626 реактивных установок, в том числе 539 тяжелых М-30, 310 танков и САУ, среди которых было 44 тяжелых и 179 средних, а также 120 зенитных орудий калибра 76 и 85 мм [124].

Войска армии прорывали вражескую оборону на участке 12,5 км. Здесь одна дивизия приходилась на 1,4 км, а на одном километре было до 110 орудий и минометов, 20 танков и 5,5 саперной роты. В группу, наносившую вспомогательный удар через оз. Ильмень, были включены стрелковая бригада, стрелковый полк, лыжный батальон и два батальона аэросаней [125].

Подготовка к операции проходила в обстановке высокого морально-политического подъема личного состава войск фронта. Был учтен боевой опыт не только своего, но и других фронтов. Все мероприятия по подготовке проводились строго по плану-календарю, разработанному штабом фронта. Он охватывал весь комплекс мероприятий по подготовке войск, штабов, командиров, всех родов войск, а также по всестороннему обеспечению боевых действий. Командование и штаб фронта особое внимание уделили боевой и оперативной подготовке. Со всеми соединениями и частями были проведены в заключение тактические учения с боевой стрельбой, со штабами, с командирами и командующими — тактические и оперативные игры, а в родах войск и служб — конференции.

Активно велась разведка противника. Только в первой половине января 1944 г. были проведены 11 разведок боем, 155 поисков, 28 засад [126]. Вся оборона врага была сфотографирована и находилась под постоянным наблюдением, что позволило создать крупномасштабные карты со всеми разведданными. Такие карты (1:25000 и 1:10000) были размножены и выданы каждому командиру роты и батареи перед переходом в наступление.

Много было сделано в отношении инженерного обеспечения операции. Оборудовалось исходное положение войск. Первые траншеи приближались к противнику на расстояние до 100-300 м. Строились дороги и колонные пути, переправы через реки, проделывались проходы в минных полях на каждую роту. Специальные мероприятия были проведены для обеспечения форсирования оз. Ильмень по льду. Заготовлены фашины, маты и другие подсобные материалы для преодоления болот: создан ложный район сосредоточения войск, проведены и другие маскировочные мероприятия для достижения скрытности подготовки наступления [127]. Хорошо оборудованные средствами связи командные и наблюдательные пункты максимально приближались к войскам. Много внимания было уделено разведке путей выдвижения войск в исходное положение, особенно танков, а также артиллерии на огневые позиции.

Последовательно проводились рекогносцировки с командирами всех степеней — от командиров соединений и до командиров подразделений. В ходе рекогносцировок уточнялись все вопросы действий соединений, частей и подразделений, взаимодействие их с соответствующими соединениями, частями и подразделениями артиллерии, танков, инженерных войск и авиации. 3 января командующий и член Военного совета армии провели на местности рекогносцировку с командирами корпусов и дивизий, уточнили отдельные детали решения, порядок и время занятия исходного положения для атаки, окончательно согласовали вопросы взаимодействия пехоты, танков и артиллерии, а также поддержки наземных войск авиацией на период прорыва вражеской обороны и выполнения ближайшей задачи армии [128].

В последние дни перед наступлением заметно спали морозы, появились предвестники оттепели. Небо заволокло облаками. Погода стала нелетной. Как вспоминает бывший командующий 59-й армией генерал И. Т. Коровников, на рассвете 14 января начался снегопад, покрывший белой пеленой все вокруг. Ни о какой дополнительной пристрелке перед артподготовкой и применении орудий для стрельбы прямой наводкой по огневым средствам противника на переднем крае не могло быть и речи. Но к операции надо было приступать. Все войска фронта были в полной готовности и занимали исходное положение для наступления. Проведенная еще 13 января разведка боем в 59-й армии (одной группой на чудовском направлении и тремя группами на участке планируемого прорыва севернее Новгорода) убедила в достоверности данных о противнике [129].

Ровно в 9 час. 14 января 1944 г. началась артиллерийская подготовка. Саперы приступили к проделыванию проходов в заграждениях противника. Одновременно все танки сопровождения и поддержки пехоты стали выдвигаться из выжидательных районов на исходные позиции. Авиационную подготовку в связи с нелетной погодой провести не удалось. За 50 мин. до начала атаки на исходные позиции стали выдвигаться штурмовые группы и отряды с танками.

В период артиллерийской подготовки на голову противника обрушились сотни тонн снарядов и мин. Однако нужной степени поражения противника достичь не удалось, так как артиллерийская плотность была все же недостаточной. Как уже говорилось, авиация не могла действовать, нельзя было использовать и орудия прямой наводки. Поэтому атакующие войска встретились с организованным огнем противника, который велся не только стрелковым оружием, но и артиллерией и закопанными в землю танками. Неэффективное начало наступления на отдельных участках усугубилось еще и тем, что некоторые подразделения и даже полки начали атаку не одновременно вслед за переносом огня артиллерии с первой траншеи на вторую [130]. Многие танки сопровождения пехоты застряли в не замерзших или оттаявших болотах еще при выходе из выжидательных районов и в атаке переднего края вражеской обороны участия не принимали. Все это привело к тому, что к исходу дня соединения 6-го стрелкового корпуса, наносившего главный удар в 59-й армии, смогли овладеть лишь первой траншеей, в некоторых местах войска корпуса подошли ко второй. Продвижение в глубину не превышало 1 км. В 239-й стрелковой дивизии один полк вышел к р. Питьбе и захватил плацдарм на ее противоположном берегу, что имело важное значение для развития дальнейшего наступления. В ночь на 15 января саперы построили здесь переправу и обеспечили переброску на западный берег реки танков и артиллерии.

Замечательный пример разумной инициативы был проявлен на участке наступления 1258-го стрелкового полка 378-й стрелковой дивизии 14-го стрелкового корпуса. В период артиллерийской подготовки было замечено, что гитлеровцы убегают с переднего края в глубь своей обороны. Поэтому отдельные подразделения поднялись в атаку за 15 мин. до окончания артподготовки. За ними поднялся весь полк. Их примеру последовал соседний 1254-й стрелковый полк. Артиллерия на этом участке перенесла огонь в глубину, а орудия, выделенные для стрельбы прямой наводкой, двинулись вместе с атакующей пехотой. В результате части 378-й стрелковой дивизии почти без потерь захватили две линии вражеских траншей.

Особенно успешно в первый день наступления действовала левофланговая группа армии под командованием генерала Т. А. Свиклина. наступавшая в обход Новгорода с юга. Не останавливаясь на восточном берегу озера, части группы, совершив 15-километровый ночной марш, сразу же начали переправу через озеро. В ночь на 14 января по неокрепшему льду они успешно переправились через оз. Ильмень и внезапно, без артиллерийской подготовки, нанесли удар по врагу. Успех атаки был достигнут прежде всего благодаря внезапности. Была произведена максимальная маскировка: воины были одеты в белые халаты, оружие покрашено белой краской, даже на лошадей пришлось накинуть белые покрывала.

Стремительно атаковав противника, части дивизии, не задерживаясь на ликвидации отдельных очагов вражеского сопротивления, обходили их и двигались вперед. Они разгромили на западном берегу озера до двух батальонов противника, овладели многими опорными его пунктами и захватили к исходу дня плацдарм до 6 км по фронту и до 4 км в глубину, что позволяло здесь развернуть новые силы для развития дальнейшего успеха [131].

Вражеское командование, опасаясь удара в тыл своей новгородской группировки, овладения войсками 59-й армии железной и шоссейной дорогами Новгород-Шимск, начало переброску в район Новгорода резервов и частей с неатакованных участков. Уже 14 января сюда была переброшена часть сил 24-й пехотной дивизии, оборонявшейся перед фронтом 67-й армии Ленинградского фронта. К Новгороду стягивались части 290-й пехотной дивизии и кавалерийский полк "Норд".

Стремясь использовать достигнутый южнее Новгорода успех, командующий 59-й армией 15 января ввел в сражение на этом направлении одну дивизию из своего второго эшелона, а также батальон бронеавтомобилей, переданный из резерва фронта. Одновременно для развития успеха наметившегося прорыва севернее Новгорода в полосе наступления 239-й стрелковой дивизии в бой вступила 16-я танковая бригада с самоходно-артиллерийским полком, а затем и 65-я стрелковая дивизия с 29-й танковой бригадой из второго эшелона 6-го стрелкового корпуса. Ввод свежих сил, поддержанных авиацией 14-й воздушной армии под командованием генерал-лейтенанта авиации И. П. Журавлева, оказал существенное влияние на развитие операции. 16 января наши войска, ломая упорное вражеское сопротивление, вышли к Некохово, перерезали дорогу от Подберезья на Долгово и продолжали наступление в направлении Вяжищи. В этот же день они заняли Чечулино. Пути отхода врага из Подберезья на запад и юго-запад были отрезаны. 17 января войска главной ударной группировки 59-й армии штурмом взяли Подберезье, завершили прорыв главной полосы вражеской обороны на фронте до 20 км и продвинулись вперед до 8 км [132]. К этому же времени части группы генерала Т. А. Свиклина прорвали оборону противника южнее Новгорода. Судьба новгородской группировки 18-й армии практически была предрешена.

С тем чтобы ликвидировать прорыв, гитлеровское командование начало переброску дополнительных сил под Новгород: из районов Мги и Чудова выдвигались части 21, 24-й пехотных дивизий, из-под Сольцев — части 290-й пехотной дивизии, из района южнее Старой Руссы — части 8-й легкопехотной дивизии. 16 января южнее Новгорода в бой вступил кавалерийский полк "Норд", на следующий день севернее Новгорода начала боевые действия 129-я пехотная дивизия, переброшенная из района Тосно. И все же войска 59-й армии продолжали охватывать Новгород с севера и с юга. Однако наступление наших войск развивалось медленно, что позволяло немецко-фашистскому командованию маневрировать силами и средствами.

С целью сломить вражеское сопротивление 18 января в сражение были введены 112-й стрелковый корпус и 122-я танковая бригада, составляющие второй эшелон 59-й армии. Ему была поставлена задача нанести удар в направлении Долгово, Финев Луг и совместно с войсками 54-й армии, начавшей наступление 16 января на любанском направлении, разгромить группировку врага, оборонявшуюся в районах Любани и Чудова, одновременно обеспечить главную ударную группировку 59-й армии от возможных контрударов противника со стороны Финева Луга [133].

Убедившись в бесперспективности дальнейшего сопротивления новгородской группировки, противник с 18 января начал отводить свои части из района Новгорода на Люболяды, Батецкую. К этому времени единственная дорога, по которой могли отойти вражеские войска на запад, уже находилась под огнем артиллерии войск 59-й армии, наступавших на Люболяды с севера и юга. Авиация 14-й воздушной армии, несмотря на плохую погоду, также наносила удары по отходящему противнику.

В наступлении наши войска испытывали исключительные трудности. Лесисто-болотистая местность, бездорожье, наступившая сильная оттепель резко снижали продвижение войск, особенно артиллерии и танков, а также тылов. Не хватало автотранспорта. Но люди шли по незамерзшим болотам, утопая по колено в холодной грязи. На своих плечах они несли боеприпасы, вытаскивали застрявшие автомашины, орудия и даже танки и самоходно-артиллерийские установки. Все стремились помочь друг другу, чем только могли. В результате героических усилий войска продвигались вперед. К исходу 19 января соединения 6-го стрелкового корпуса овладели разъездом Нащи, перерезали железную дорогу, идущую от Новгорода на Батецкую. 18 января войска южной группы перехватили железную и шоссейную дороги Новгород-Шимск.

В 9 час. 30 мин. 20 января части 191-й и 225-й стрелковых дивизий 14-го стрелкового корпуса и 382-й стрелковой дивизии 7-го стрелкового корпуса освободили старинный русский город Новгород. Этим же утром 6-й стрелковый корпус в районе Горынево соединился с войсками южной группы. Это привело к окружению, а затем и уничтожению разрозненных групп из состава 28-й легкопехотной и 1-й авиаполевой дивизий, двух отдельных батальонов и кавалерийского полка "Норд", оборонявшихся до того в районе Новгорода и пытавшихся спастись бегством.

В итоге семидневных тяжелых наступательных боев войска 59-й армии Волховского фронта осуществили прорыв сильной обороны врага и продвинулись вперед до 20 км по фронту и до 50 км в глубину, создав тем самым предпосылки для развития дальнейшего наступления в западном и юго-западном направлениях. Были разгромлены две пехотные дивизии, один полк, четыре отдельных батальона и некоторые строительные и специальные подразделения. Значительные потери понесли пехотная бригада, четыре пехотные дивизии и кавалерийский полк противника. Были уничтожены более 15 тыс., пленены более 3 тыс. вражеских солдат и офицеров и захвачены 182 орудия, 120 минометов, много стрелкового оружия, 263 автомашины, 21 тягач, 28 складов с военным имуществом [134]. Всем войскам, участвовавшим в прорыве вражеской обороны и освобождения Новгорода, Верховный Главнокомандующий 20 января объявил благодарность, 50 частей и соединений получили почетные наименования "Новгородские", некоторые из них были награждены орденами [135]. Успехов в этот период добились и войска 8, 54-й армий. Вклинившись во вражескую оборону, они своими действиями сковали крупные силы противника. Благодаря их активным действиям гитлеровцы смогли перебросить в район Новгорода, когда там происходили решающие события, из районов восточнее Тосно и Чудово не более двух полков 21, 121-й пехотных дивизий.

Успешно развивалось наступление и на соседних фронтах. 2-я Ударная и 42-я армия Ленинградского фронта к исходу 20 января 1944 г. разгромили вражеские войска на ропшинском направлении и создали условия для последующих успешных действий на гатчинском и кингисеппском направлениях. Войска левого крыла 2-го Прибалтийского фронта, начав наступление еще 12 января, к исходу 20 января перерезали железную дорогу Новосокольники-Дно, сковали крупные силы 16-й армии, не допустив их переброски под Новгород и Ленинград, оказали содействие наступлению войск Ленинградского и Волховского фронтов.

После освобождения Новгорода войска Волховского фронта продолжали развивать наступление. Соединения 8-й армии со второй половины дня 21 января развернули преследование противника и при содействии 18-й стрелковой дивизии 67-й армии Ленинградского фронта освободили крупный железнодорожный узел Мгу. К исходу дня, пройдя с боями до 12 км, они завязали бои за оборонительный рубеж противника, созданный им на левом берегу Мги. За освобождение железнодорожного узла Мга шесть соединений Волховского фронта были удостоены почетного наименования "Мгинские". На следующий день войска армии продвинулись в юго-западном направлении еще на 15-20 км. К исходу января они вышли на подступы к Тосно, Ушаки. В ночь на 25 января соединения 8-й армии вместе с полосой наступления были переданы 54-й армии, ведущей наступление на любанском направлении. Управление же 8-й армии перебрасывалось на левое крыло фронта. Продолжая наступление, войска 54-й армии 29 января полностью очистили от противника Октябрьскую железную дорогу, связывающую Ленинград с Москвой. В ходе этого наступления были освобождены города Тосно, Любань, Чудово. За успешные боевые действия 14 частям и соединениям приказом Верховного Главнокомандующего были присвоены почетные наименования "Любаньские", "Тосненские" и "Чудовские".

Как свидетельствует бывший гитлеровский генерал К. Типпельскирх, наступление советских войск было настолько стремительным, что все еще находившиеся в районе Чудова немецкие войска "вновь оказались в опасности" и "лишь ценой тяжелых потерь им удалось избежать окружения" [136].

После потери Любани, Тосно и Чудова немецко-фашистское командование, опасаясь окружения своей группировки, действовавшей против 54-й армии, стало быстро отводить ее в направлении Луги. В связи с этим войска 54-й армии под командованием генерал-майора С. В. Рогинского [137] перешли к преследованию противника во всей полосе наступления. Значительно продвинувшись на юго-запад, к исходу 30 января они перерезали железные дороги Новгород-Ленинград и Чудово-Кингисепп. Войска 59-й армии, произведя некоторую перегруппировку, 21 января возобновили наступление, с тем, чтобы прорвать оборону противника на р. Веронде и, используя достигнутый успех в полосе наступления 54-й армии, как можно быстрее овладеть г. Лугой, отрезать пути отхода соединениям противника, отступавшим из районов Тосно, Любань, Чудово на юго-запад, а затем во взаимодействии с войсками Ленинградского фронта окружить и уничтожить эти вражеские войска. Командующий Волховским фронтом указал командующему 59-й армией, что быстрота действий на этом важнейшем направлении является основным залогом успеха в окружении и уничтожении вражеских сил, действовавших северо-восточнее Луги [138]. Он потребовал от армии не терять времени и вести наступление непрерывно, отыскивать фланги противника, смело обходить, окружать и уничтожать его группировки, штабы дивизий максимально приблизить к наступавшим войскам [139].

Вражеское командование, стремясь не допустить развития успеха наших войск на новгородско-лужском направлении, перебрасывало сюда все новые силы, объединяя разрозненные части и подразделения в различные группы. Усиление группировки противника привело на этом направлении к затяжным боям. Однако войска 59-й армии, прежде всего ее 6-й стрелковый корпус, преодолевали все трудности и упорно шли к цели, проявляя высокое боевое мастерство и массовый героизм.

В ходе этого наступления в бою за дер. Поддубье 24 января героический подвиг совершил командир отделения стрелковой роты 1249-гв стрелкового полка 377-й стрелковой дивизии 112-го стрелкового корпуса С. М. Черепанов. Он первым поднялся в атаку. Подбежав к крайнему дому, из которого вел огонь вражеский пулемет, он метко бросил гранату и уничтожил его. Несмотря на ранение, герой продолжал сражаться. Враг предпринимал неоднократные контратаки, для того чтобы выбить наших, бойцов из деревни. В ожесточенных схватках в живых в отделении остался лишь один Черепанов. Гитлеровцы бросились к нему, чтобы взять в плен. Но мужественный боец без устали и страха продолжал разить наседавших врагов из своего автомата и автоматов погибших товарищей. Когда же кончились патроны, Черепанов гранатой взорвал себя и окруживших его врагов. Всего в этом бою им были уничтожены более 70 фашистов [140]. За этот подвиг сержанту С. М. Черепанову посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

24 января командующий фронтом отметил, что наступление на новгородско-лужском направлении все же развивается медленно, и приказал командующему 59-й армией не позднее 29- 30 января овладеть Лугой, а левофланговыми соединениями выйти на рубеж Луга-Сольцы. На следующий день командующий войсками фронта через Ленинградский штаб партизанского движения дал указание партизанам овладеть ст. Передольская и связаться там с нашими танкистами-пехотинцами [141]. Действовавшая на этом направлении 7-я гвардейская танковая бригада на следующий день завязала бои в 3,5-4 км восточнее ст. Передольская и установила связь с командирами двух партизанских отрядов, а вечером 27 января в штаб 7-й гвардейской танковой бригады для организации взаимодействия прибыл командир 5-й Ленинградской партизанской бригады К. Д. Карицкий.

В то время как 7-я гвардейская танковая бригада, действовавшая совместно с 7-м стрелковым корпусом, развивала наступление в западном направлении, 256-я и 382-я стрелковые дивизии корпуса наступали в юго-западном направлении. За пять дней упорных боев 7-й стрелковый корпус прорвал оборону противника на р. Веронде, продвинувшись вперед на 30-35 км в западном и юго-западном направлениях, вышел к р. Луге и создал угрозу перехвата железной дороги в районе ст. Передольская, а также к р. Мшаге в районе населенного пункта Медведь. От врага был очищен район между реками Веронда, Луга, Киба, Мшага и Шелонь. Успешно наступали 6, 14, 112-й стрелковые корпуса.

В ходе наступления фронт 59-й армии все расширялся, к 26 января он увеличился почти вдвое. Управлять четырьмя корпусами на столь обширном пространстве, да еще и условиях лесисто-болотистой местности, когда действия развертывались по отдельным направлениям, армии было весьма трудно. Поэтому по приказу командующего фронтом еще 26 января из состава 59-й армии были изъяты 7, 14-й стрелковые корпуса, 7-я гвардейская, 16, 122-я танковые бригады и 150-й укрепленный район, а также некоторые артиллерийские и инженерные средства усиления. Они были объединены прибывшим сюда управлением 8-й армии. С 27 января 59-я армия вела наступление силами лишь двух стрелковых корпусов и одной танковой бригады.

В последующем главные усилия войск Волховского фронта сосредоточивались на том, чтобы возможно быстрее овладеть Лугой и перерезать все коммуникации, по которым противник мог бы отвести свои войска из-под Ленинграда в пределы Советской Прибалтики. Ближайшей задачей 59-й армии являлось овладение рубежом Оредеж, Батецкая, а затем, не позднее 29-30 января, — Лугой. Для обеспечения правого фланга основной ударной группировки армия силами одной стрелковой дивизии должна была наступать на Финев Луг. 8-я армия получила задачу развивать наступление через станции Передольская и Уторгош в обход Луги с юга и юго-востока и оказать содействие 59-й армии в освобождении города [142].

В то время как войска Волховского фронта наносили удары на Лугу с востока и юго-востока, войска Ленинградского фронта приближались к ней с севера. В ходе наступления были освобождены многие города.

К 27 января 1944 г. поставленная Ставкой в качестве ближайшей задача (избавить Ленинград от вражеских артиллерийских обстрелов и освободить Октябрьскую железную дорогу — главную коммуникацию, связывавшую город с центром страны) в основном была выполнена. Оставался лишь небольшой ее участок от Любани до Чудова, который должны были вот-вот освободить войска Волховского фронта. В связи с этим Военный совет Ленинградского фронта 26 января обратился к Верховному Главнокомандующему с просьбой разрешить произвести в Ленинграде артиллерийский салют [143]. В этот день Военный совет Ленинградского фронта издал приказ, в котором объявлял благодарность войскам фронта и морякам Краснознаменного Балтийского флота, участвовавшим в борьбе за освобождение города, и возвестил всему миру об окончательном снятии блокады Ленинграда. От имени войск Ленинградского фронта Военный совет сердечно поздравил всех ленинградцев, перенесших невиданные страдания и вложивших всю свою силу и всю свою душу в достижение этой великой цели.

В ознаменование одержанной победы 27 января 1944 г. в 20 час. город Ленина салютовал 24 залпами из 324 орудий доблестным войскам Ленинградского фронта. Вся наша страна, затаив дыхание, слушала по радио голос ликующего Ленинграда, все советские люди радовались великому торжеству города русской славы. Радовались этому и воины Волховского фронта, внесшие достойный вклад в защиту и освобождение города от вражеской блокады. Этот день как день великой победы советского народа и его Вооруженных Сил над немецко-фашистскими захватчиками навсегда сохранится в памяти и душе не только современников, но и их потомков. Н. Тихонов писал, что 27 января в Ленинграде "люди плакали и смеялись от радости, люди смотрели сверкающими глазами, как в блеске салюта возникал из тьмы город всей своей непобедимой громадой" [144]. "Ленинградская победа, — отмечал М. И. Калинин, — это военная победа, имеющая значение не только для Ленинграда, но и для всего хода борьбы советского народа против немецких захватчиков" [145].

Величие победы Ленинграда признавал весь мир. "Вряд ли, — писала в те дни газета „Нью-Йорк таймс", — в истории можно найти пример такой выдержки, которую проявили в течение столь длительного времени ленинградцы. Их подвиг будет записан в анналы истории... Ленинград воплощает непобедимый дух народа России" [146]. Известный советский ученый академик А. А. Байков писал об окончательном снятии блокады Ленинграда: "Я старый металлург. Я привык думать, что нет ничего на свете крепче стали. И сегодня я убедился в своей ошибке. Да, я ошибся. Есть, оказывается, металл, который еще крепче стали. Этот благородный металл — советские люди" [147].

В войсках фронта с большим подъемом прошли митинги и собрания личного состава, на которых подводились итоги минувших боев и ставились перед воинами новые задачи.

Выполнив часть важных своих задач, Волховский и Ленинградский фронты продолжали развивать наступление, сосредоточивая основные усилия на лужском направлении.

Войска Волховского фронта по-прежнему вели боевые действия, встречая яростное сопротивление врага. За счет переброски в район Луги частей, отходивших от Ленинграда, из мгинского выступа, из района Любани, Чудова, от Новгорода, а также 12-й танковой дивизии, переброшенной из группы армий "Центр", противник сумел оказать под Лугой сильное сопротивление и удерживать за собой Лугу и железную дорогу Луга-Псков. Но Лугу все более и более охватывали с запада, севера и востока войска 67-й армии Ленинградского фронта, а с юга 59-й армии Волховского фронта. В результате гитлеровское командование оказалось вынужденным начать 9 февраля отвод из Луги своей артиллерии. 12 февраля 1944 г. войска 67-й армии Ленинградского фронта при содействии 59-й армии Волховского фронта освободили Лугу. Войска 59-й армии Волховского фронта, продвинувшись за пять дней на 25 км, к этому времени во всей полосе своего наступления вышли к р. Луге. Отсюда они повернули на юг с задачей нанести удар в направлении Великое Село-Малый Уторгош, разгромить противостоявшие силы врага освободить из окружения 256-ю стрелковую дивизию 8-й армии, а в последующем, преследуя разбитого противника, выйти на рубеж Милютино, Малый и Большой Уторгоши [148]. В результате выполнения этой задачи 15 февраля войска 59-й армии в районе Бляхина соединились с окруженными частями 8-й армии.

Войска 8-й армии в первой половине февраля вели ожесточенные бои с контратакующим противником, который стремился не допустить выхода войск левого крыла Волховского фронта на шоссе Луга-Псков и тем самым обеспечить отвод своей лужской группировки в юго-западном направлении.

В бою за дер. Село исключительный пример воинской доблести и героизма показал старшина 661-го отдельного саперного батальона 378-й стрелковой дивизии коммунист Г. И. Туруханов. В течение целого дня отделение саперов под его командованием успешно отбило шесть контратак численно превосходящего врага. С близкого расстояния герои-саперы беспощадно уничтожали пехоту противника, которая была вынуждена залечь. Но вражеский пулемет не умолкал и наносил большой урон нашим воинам. Туруханов, уже раненый, подполз к этому пулемету и противотанковой гранатой уничтожил его. Последнюю, шестую контратаку врага Туруханову пришлось отбивать уже одному. Когда более 100 гитлеровцев при поддержке танка приблизились к нему на 8-10 м, он, собрав последние силы, бросил противотанковую гранату в танк противника. От сильного взрыва погиб и сам герой. За этот подвиг старшине Г. И. Туруханову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза [149].

Высокую выдержку и массовый героизм проявили также и воины частей 256-й стрелковой дивизии, оказавшейся в окружении. Противник, сдерживая наступление главных сил 8-й армии, пытался разобщить и уничтожить эти войска по частям. Окруженные части возглавил командир 256-й стрелковой дивизии полковник А. Г. Козиев, переправленный сюда на самолете По-2. Испытывая большой недостаток в боеприпасах, продовольствии и медикаментах, воины 12 дней мужественно отражали яростные атаки врага, героическими действиями они сковали силы четырех вражеских дивизий и нанесли им большой урон. Герои стойко удерживали позиции до подхода войск 59-й армии. Большую помощь им в этой сложной обстановке оказали партизаны 5-й Ленинградской партизанской бригады. За умелое руководство войсками и проявленный при этом героизм полковнику А. Г. Козиеву было присвоено звание Героя Советского Союза [150].

Войска 54-й армии после освобождения Октябрьской железной дороги сначала вели наступление вместе с 67-й армией Ленинградского фронта на лужском направлении, а затем были перегруппированы на левое крыло фронта. С 2 по 15 февраля в составе Волховского фронта временно действовала 1-я Ударная армия 2-го Прибалтийского фронта, наступавшая из района Старой Руссы в юго-западном направлении.

В то время как войска Волховского и Ленинградского фронтов вели напряженные бои за Лугу, войска 2-го Прибалтийского фронта основными силами наступали в районах севернее и южнее Новосокольников, сковывая крупные силы 16-й армии противника, не позволяя ему перебрасывать отсюда войска на лужское направление.

К исходу 15 февраля 1944 г. войска 59, 8, 54-й армий Волховского фронта вышли на рубеж южнее Луги (оз. Ильмень), продвинувшись вперед правым крылом на лужском направлении до 100 км, а левым до 50 км. Средний темп продвижения, несмотря на все трудности, достигал 3-6 км в сутки. В условиях неблагоприятной погоды в первой половине февраля 1944 г. авиация 14-й воздушной армии активизировала свои действия и, сделав за это время 1500 боевых самолето-вылетов, оказала существенную поддержку наступавшим наземным войскам.

В ходе операции полоса наступления Волховского фронта становилась все уже, на завершающей стадии она не превышала 80 км. В связи с этим необходимость сохранения данного фронта отпала. 15 февраля 1944 г. он был расформирован. 59, 8, 54-я и 14-я воздушная армии, а также 65-я и 310-я стрелковые дивизии, составлявшие резерв фронта, управление тыла, тыловые части и учреждения передавались в состав Ленинградского фронта, а 1-я Ударная армия возвращалась во 2-й Прибалтийский фронт. Полевое управление фронта выводилось в резерв Ставки [151].

* * *

За время существования Волховского фронта его войска провели ряд значительных оборонительных и наступательных операций, среди которых наиболее важное место занимают операции по прорыву блокады Ленинграда в январе 1943 г. и Новгородско-Лужская, связанная с окончательным снятием вражеской блокады с осажденного города в январе-феврале 1944 г. Все операции Волховский фронт провел в тесном взаимодействии с Ленинградским, а также с Ладожской военной флотилией, входившей в состав Краснознаменного Балтийского флота, и партизанами.

Войска Волховского фронта сыграли решающую роль в разгроме тихвинской группировки противника, сорвали его планы осуществить прорыв к р. Свири, соединиться здесь с финскими войсками, окончательно замкнуть кольцо вражеской блокады вокруг Ленинграда и голодом, артиллерийскими обстрелами и бомбовыми ударами с воздуха задушить город великого Ленина. Воины Волховского фронта по праву гордятся тем, что они приняли самое активное участие в защите Ленинграда, в разгроме сил группы армий "Север", и прежде всего ее 18-й армии.

Примечания

1. История второй мировой войны, 1939-1945. М., 1975, т. 4, с. 64, 65.

2. В годы Великой Отечественной войны г. Псков входил в Ленинградскую область.

3. Центральный архив Министерства обороны СССР, ф. 96а, оп. 1711, д. 3, л. 13-15. (Далее: ЦАМО).

4. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 4, с. 66.

5. Барбашин И. П. и др. Битва за Ленинград, 1941-1944. М., 1964, с. 30.

6. ЦАМО, ф. 96а, оп. 1711, Д. 1, л. 30.

7. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 44.

8. Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма: Исторические очерки. Док. и материалы. М., 1973, т. 2, с. 225.

9. Там же, с. 216.

10. Там же, с. 234.

11. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с 59

12. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 29, л. 63-64.

13. ЦАМО, ф. 48а, оп. 1554, д. 91, л. 155-157.

14. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 4, с. 68.

15. Там же, с. 68, 69.

16. Мерецков К. А. На службе народу: Страницы воспоминаний. М. 1970, с. 225, 226.

17. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 4, с. 1-11; Мерецков К. А. Указ. соч., с. 229.

18. С 26 сентября 1941 г. 54-я армия была передана в подчинение Ленинградского фронта (ЦАМО, ф. 32а, оп. 2642, д. 30, л. 46).

19. ЦАМО, ф. 217, оп. 3052, д. 43, л. 190.

20. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 103.

21. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 30, л. 71.

22. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 104.

23. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 407.

24. 7-я армия 13 октября 1941 г. стала Отдельной (ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 30, л. 70).

25. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 4, с. 112.

26. Мировая война, 1939-1945 годы: Сб. статей. Пер. с нем. М., 1957, с. 176.

27. С 24 октября 1941 г. войсками 54-й армии командовал генерал-майор И. И. Федюнинский.

28. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 110, 111.

29. Кошевой П. К. В годы военные. М., 1978, с. 51.

30. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 109.

31. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 110.

32. ЦАМО, ф. 204.

33. Кошевой П. К. Указ. соч., с. 30- 32.

34. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 112.

35. Галъдер Ф. Военный дневник: Пер. с нем. М., 1971, т. 3, кн. 2, с. 117.

36. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 112, 113.

37. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 251, 252

38. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 30, л. 113-115.

39. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 116.

40. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 4, с. 314.

41. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 137.

42. Там же, с. 136.

43. Там же, с. 137.

44. 25 декабря 1941 г. была преобразована во 2-ю Ударную армию.

45. ЦАМО, ф. 204, он. 89, д. 195, л. 9.

46. ЦАМО, ф. 96а, оп. 2011, д. 26, л. 22-24 i

47. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 139.

48. Там же, с. 139, 140.

49. Барбашин И. П. Указ. соч., с. 141.

50. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 267, 268.

51. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 32, л. 46.

52. Там же, л. 22-23.

53. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 32, л. 60. .

54. Там же, д. 41, л. 96-97.

55. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 277.

56. ЦАМО, ф. 48а, оп. 1107, д. 6, л. 76-79.

57. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 281-283.

58. ЦАМО, ф. 204, оп. 97, д. 77, л. 70-72.

59. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 290.

60. ЦАМО, ф. 48а, оп. 1640, д. 179, Л. 406-408.

61. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 31, л. 209-210.

62. Галъдер Ф. Военный дневник, т. 3, кн. 2, с. 185, 186.

63. Там же, с. 222.

64. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 268.

65. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 300.

66. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 301.

67. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 309.

68. С 24 июля 1942 г. в командование войсками 2-й Ударной армии вновь вступил генерал-лейтенант Н. К. Клыков.

69. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 302.

70. Там же, с. 303.

71. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 313.

72. Военно-исторический журнал, 1972, № 10, с. 68.

73. Манштейн Э. Утерянные победы: Пер. с нем. М., 1957, с. 266, 267.

74. История второй мировой войны, 1939-1945. М., 1976, т. 6, с, 118, 119.

75. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 318.

76. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 32, л. 207.

77. Генерал-лейтенант В. 3. Романовский вступил в командование 2-й Ударной армией 2 декабря 1942 г.

78. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 6, с. 120; ЦАМО, ф. 309, оп. 4077, д. 31, л. 47, 69, 70, 78.

79. ЦАМО, ф. 309, оп. 4094, д. 23, л. 41.

80. ЦАМО, ф. 364, оп. 6278, д. 61, л. 24.

81. ЦАМО, ф. 309, оп. 4073, д. 171, л. 84.

82. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 6, с. 119.

83. История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941- 1945. М., 1961, т. 3, с. 129.

84. ЦАМО, ф. 309, оп. 4073, д. 236, л. 147; оп. 4094, д. 23, л. 28.

85. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 249.

86. История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941- 1945, т. 3, с. 132.

87. История второй мировой войны. 1939-1945, т. 6, с. 122.

88. История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941- 1945, т. 3, с. 131-134.

89. ЦАМО, ф. 309, оп. 34411, д. 1, л. 12.

90. История второй мировой войны, 1939-1945. М., 1976, т. 6, с. 124, 125.

91. История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941- 1945, т. 3, с. 141.

92. Утенков Ф. Н. Прорыв блокады Ленинграда (12-18 января 1943). М., 1949, с. 27.

93. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 275, 276.

94. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 33, л. 24, 25.

95. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 41, л. 253, 254.

95. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 277.

97. Там же.

98. Там же.

99. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 33, л. 37-39.

100. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 34, л. 76, 77.

101. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 278.

102. Там же.

103. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 33, л. 134, 135.

104. ЦАМО, ф. 344, оп. 5554, д. 683, л. 77.

105. Там же, д. 995, л. 100, 101.

108. ЦАМО, ф. 48а, оп. 2, д. 14, л. 334.

107. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 340.

108. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 279, 280.

109. ЦАМО, ф. 344, оп. 5554, д. 737, л. 10.

110. ЦАМО, ф. 344, оп. 5554, д. 737, л. 15.

111. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 280.

112. ЦАМО, ф. 344, оп. 5554, д. 995, л. 82.

113. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 34, л. 202.

114. ЦАМО, ф. 344, оп. 35554, д. 737, л. 34; д. 675, л. 23.

116. История второй мировой войны, 1939-1945. М., 1977, т. 8, с. 115.

116. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 296.

117. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 8, с. 114-116.

118. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 8, с. 116.

119. Там же, с. 120.

120. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 8, с. 117.

121. История второй мировой войны, 1939-1945, т. 8, с. 117, 118.

122. Там же, с. 120.

123. Там же, с. 121.

124. ЦАМО, ф. 416, оп. 10453, д. 8, л. 20.

125. Коровников И. Т. и др. На трех фронтах: Боевой путь 59-й армии. М., 1974, с. 92.

126. Мерецков К. А. Указ. соч., с. 352.

127. Там же.

128. Коровников И. Т. и др. Указ. соч., с. 92.

129. Там же, с. 95.

130. Коровников И. Т. и др. Указ.. соч., с. 96.

131. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 345, 346.

132. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 347.

133. ЦАМО, ф. 204, оп. 89, д. 2189, л. 176, 178.

134. ЦАМО, ф. 204, оп. 89, д. 2218, л. 30, 178.

135. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 349, 350.

136. Типпелъскирх К. История второй мировой войны: Пер. с нем. М., 1956, с. 365.

137. В командование 54-й армией генерал-майор С. В. Рогинский вступил 11 марта 1943 г.

138. ЦАМО, ф. 204, оп. 89, д. 2189, . л. 187, 188.

139. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 372.

140. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с. 372.

141. ЦАМО, ф. 204, оп. 2189, д. 2264, л. 186.

142. ЦАМО, ф. 204, оп. 98, д. 2189, л. 195-197.

143. ЦАМО, ф. 217, оп. 1227, д. 92, л. 104.

144. Тихонов Н. Сила России: Военная публицистика. М., 1977, с. 183.

145. Калинин М. И. Статьи и речи (1941-1946). М., 1975, с. 438.

146. Цит. по: История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941-1945. М., 1962, т. 4, с. 52.

147. Цит. по: История второй мировой войны, 1939-1945, т. 8, с. 130.

148. ЦАМО, ф. 204, оп. 97, д. 218, л. 151.

149. ЦАМО, ф. 33, оп. 686043, д. 103, л. 134.

150. Барбашин И. П. и др. Указ. соч., с 396 397

151. ЦАМО, ф. 132а, оп. 2642, д. 36, л. 34, 35.


Предыдущая страницаСодержаниеСледующая страница




Rambler's Top100 rax.ru